-- Не измѣни мнѣ! возразилъ бѣглецъ испуганнымъ тономъ.
-- Измѣнить тебѣ! Боже избави! сказалъ Дрэдъ: -- какимъ образомъ попалъ ты въ это болото?
-- Я бѣжалъ отъ купца, который водитъ насъ по штатамъ и продаетъ.
-- Вотъ что! сказалъ Дрэдъ: -- пойдемъ со мной, я избавлю тебя отъ погони и, въ добавокъ, дамъ пріютъ.
-- Я выбился изъ силъ, сказалъ негръ: -- съ каждымъ шагомъ я вязну по колѣна, а между тѣмъ собаки нагоняютъ меня... Это навѣрное. Если онѣ поймаютъ меня, такъ пусть ужь разорвутъ меня на мѣстѣ; я готовъ покончить съ своей жизнью. Однажды мнѣ удалось пробраться въ Нью-Йоркъ, завести тамъ небольшой домикъ, имѣть жену, двухъ дѣтей и небольшія деньжонки, но меня поймали, отправили назадъ и продали. Теперь остается только умереть. Стоитъ ли жить на свѣтѣ тому, противъ кого все вооружено?
-- Умереть! Зачѣмъ? сказалъ Дрэдъ: -- подъ моей защитой ты будешь жить! Ободрись, мой другъ, ободрись! Черезъ нѣсколько часовъ я проведу тебя въ такое мѣсто, куда не попадетъ никакая собака! Вставай.... пойдемъ.
Негръ всталъ и сдѣлалъ усиліе итти; но, изнуренный и безъ привычки ходить по всякому болоту, онъ почти на каждомъ шагу спотыкался и падалъ.
-- Ну что, любезный, сказалъ Дрэдъ: -- трудно! постой, я возьму тебя на плечо, и потащу какъ дикаго барана; къ этой ношѣ мнѣ не привыкать.
И, примѣняя слово къ дѣлу, онъ посадилъ негра на плечи, велѣлъ ему крѣпче держаться, и пошелъ къ болоту, не чувствуя никакой тяжести. Было около трехъ часовъ утра; облака постепенно рѣдѣли и лучи луннаго свѣта прорывались сквозь густую листву, мокрую и дрожавшую отъ легкаго вѣтерка. Мертвая тишина нарушалась однимъ жужжаньемъ насѣкомыхъ, да изрѣдка трескомъ валежника и всплесками воды подъ ногами Дрэда.
-- Должно быть, ты очень силенъ, сказалъ его спутникъ:-- давно ли ты въ здѣшнихъ болотахъ?