-- Ну, ужь пусть Леттисъ позволитъ мнѣ сегодня выказать мои способности, сказала Нина:-- я одарена удивительнымъ талантомъ, по части домашняго хозяйства. Еслибъ я жила въ старинные вѣка, въ странѣ.... какъ бишь ее.... мнѣ еще объ ней тамъ много говорили.... да, да, въ Аркадіи, я была бы примѣрной хозяйкой. Мнѣ ничто такъ не нравится, какъ плесть вѣнки и подбирать букеты. Во мнѣ есть врожденная наклонность украшать все, что меня окружаетъ. Я люблю украшать столы, вазы, блюда, люблю одѣвать и наряжать хорошенькихъ женщинъ для доказательства словъ моихъ, я, окончивъ уборку стола, сплету вѣнокъ, и положу его на васъ,-- моя милая Анна.
Говоря это, Нина суетилась около стола, симметрично и картинно располагала цвѣты и листья, выбрасывала оторванныя вѣтки; словомъ -- порхала съ мѣста-на мѣсто, какъ птичка.
-- Какая жалость, что мы не живемъ въ Аркадіи! замѣтила Анна.
-- О, да! сказала Нина: -- я помню, у насъ въ домѣ была старая истасканная книжка: "Идилліи Геснера". Будучи еще ребенкомъ, я вычитывала изъ нея множество самыхъ очаровательныхъ исторій о хорошенькихъ пастушкахъ, играющихъ серебряныхъ флейтахъ, и о пастушкахъ, въ голубыхъ покровахъ и съ распущенными волосами. Люди эти питались творогомъ, молокомъ, виноградомъ, земляникой и персиками, не знали ни заботы, ни труда, жили какъ цвѣты и птички, росли, пѣли и хорошѣли. Ахъ, Анна! такая жизнь мнѣ бы никогда не наскучила! Почему этого нѣтъ въ настоящее время?
-- Тысячи сожалѣній и съ моей стороны, сказала Анна:-- но достало ли бы у насъ терпѣнія на постоянную борьбу съ желаніемъ поддержать во всемъ порядокъ и красоту?
-- Это правда, отвѣчала Нина: -- и что еще хуже, красота, при всѣхъ нашихъ усиліяхъ поддержать ее, можетъ измѣниться въ нѣсколько часовъ. Напримѣръ, мы любуемся теперь вотъ этими розами; а завтра или послѣ завтра будемъ называть ихъ дрянью, и въ добавокъ прикажемъ кому нибудь выбросить ихъ изъ комнаты. Только я не въ состояніи принять на себя этой обязанности. Пусть кто-нибудь другой выноситъ увядшіе цвѣты и моетъ вазы, а мнѣ бы только предоставили свободу рѣзать ежедневно свѣжія розы. Если бъ я была членомъ какого нибудь клуба, а бы непремѣнно приняла на себя эту роль. Я бы взялась украшать цвѣтами всѣ комнаты клуба, но вмѣстѣ съ тѣмъ условилась бы положительно -- не очищать комнатъ отъ поблекшихъ листьевъ и цвѣтовъ.
-- Надо правду сказать, замѣтила Анна: постоянное стремленіе каждаго предмета къ упадку, къ какому-то внутреннему и внѣшнему разстройству, служитъ для меня загадкой. Поддержать чистоту, уютность и убранство въ домѣ, а тѣмъ болѣе соблюсти всѣ эти условія въ отношеніи къ столу,-- я считаю за верхъ искусства. Но попробуйте приступить къ этому; смотришь, на васъ со всѣхъ сторонъ нападаютъ стаи мухъ, таракановъ, муравьевъ и москитовъ! Съ другой стороны -- какъ будто человѣку уже предназначено дѣлать непріятнымъ, приводить въ безпорядокъ и даже разрушать все, что его окружаетъ.
-- Эта самая мысль мелькнула въ головѣ моей, когда мы были на митингѣ, сказала Нина. Первый день очаровалъ меня. Все было такъ свѣжо, такъ чисто, такъ привлекательно, но къ концу второго дня, гдѣ ни ступишь, вездѣ подъ ногами хруститъ или скорлупа отъ яицъ, или шелуха отъ гороховыхъ стручковъ, или арбузныя корки,-- такъ что непріятно вспомнить объ этомъ.
-- Дѣйствительно, какъ это гадко! сказала Анна.
-- Я принадлежу къ числу тѣхъ созданій, продолжала Нива: -- которыя любитъ порядокъ; но наблюдать за нимъ не въ моемъ характерѣ. Мой первый министръ, тетя Катя, умѣетъ превосходно его поддерживать, и я и въ чемъ не противорѣчу ей; напротивъ, стараюсь ее поощрять, и за то тамъ, гдѣ я не вмѣшиваюсь, всегда отличный порядокъ. Но, Боже мой! мнѣ нужно переродиться, чтобъ полюбить за этотъ порядокъ тетушку Несбитъ! Вы бы посмотрѣли на нее, когда она вынимаетъ изъ комода перчатки или манишку! Сначала поднимется, ровнымъ шагомъ пройдется по комнатѣ, возьметъ ключъ изъ ящика на правой сторонѣ бюро и отопретъ комодъ съ такимъ серьезнымъ видомъ, какъ будто готовится къ жертвоприношенію. Если перчатки скрываются гдѣ нибудь въ глубинѣ комода, она медленно, не торопясь, съ разстановкой, вынетъ одну вещь за другой, возьметъ что ей нужно, снова уложитъ каждую вещь, запретъ колодъ и положитъ на прежнее мѣсто. При этомъ, выраженіе ея лица становится такимъ, какъ будто въ домѣ кто нибудь умираетъ, и ей нужно отправиться за докторомъ! Со мой совсѣмъ иное дѣло! Я подбѣгаю къ комоду, разбросаю всѣ мои вещи, какъ будто надъ ними промчался небольшой ураганъ; ленты, шарфы, цвѣты,-- все это вылетаетъ изъ ящика, одно за другимъ, и производитъ нѣчто въ родѣ радуги. Не отыскавъ въ одну минуту нужную вещь, я готова умереть отъ нетерпѣпія. Но послѣ двухъ-трехъ такихъ нападеній на комодъ, во мнѣ пробуждается раскаяніе; я начинаю собирать разбросанныя вещи, укладывать ихъ и упрекать маленькую негодную Нину, которая постоянно даетъ себѣ обѣщаніе соблюдать на будущее время лучшій порядокъ. Но моя милая Нина, къ сожалѣнію, неисправима: она никогда не держитъ обѣщанія. Скажите, Анна, какимъ образомъ вы умѣете поддерживать порядокъ въ каждой бездѣлицѣ, которая васъ окружаетъ?