Въ свою святую обитель!"
Я буду писать съ каждой почтой, пока не минуетъ опасность. Прощайте, остаюсь.
По гробь и за гробомъ ваша
"Нина."
Написавъ это, Нина легла и заснула. Она спала всю ночь такъ спокойно, какъ будто смерть и болѣзнь вовсе не висѣли надъ ея головой. Поутру, когда она встала и одѣлась, Милли, съ заботливостью доброй няни, принесла ей въ комнату горячего кофе съ бисквитами, и убѣдила Нину не выходить изъ комнаты, не позавтракавъ.
-- Ну что, Милли,-- все ли у насъ благополучно? спросила Нина.
-- Ничего, дитя мое, сказала Милли, между нами раздавался полночный вопль. Тетушка Роза приказала вамъ долго жить;-- Самъ тоже, и Дженъ и Саши, переселились въ вѣчность; впрочемъ всѣ спокойны, и рѣшились бороться съ этимъ бѣдствіемъ до нельзя.
-- Здоровъ ли Гарри? сказала Нина боязливымъ тономъ.
-- Ничего, не болѣнъ; всю ночь провозился съ больными, но не унываетъ. Старики-то наши думаютъ, нельзя ли сдѣлать митингъ послѣ завтрака, въ родѣ панихиды по умершимъ; -- они просятъ, миссъ Нина, не прочитаете ли вы молитвы?
-- Съ большимъ удовольствіемъ, отвѣчала Нина.