Къ довершенію горести, Тиффъ увидѣлъ дѣтей, возвращавшихся изъ лѣса. Въ самомъ веселомъ расположеніи духа они тащили корзинку дикаго винограда. Тиффъ побѣжалъ къ нимъ на встрѣчу.
-- Ахъ вы, мои бѣдныя овечки, сказалъ онъ: -- вы не знаете, что ожидаетъ васъ. Вашъ папа воротился и привезъ съ собой жену, такую отвратительную, что порядочнымъ дѣтямъ страшно говорить съ ней. Теперь они бранятся и дерутся, какъ два демона. Что я стану дѣлать? Миссъ Нина умерла.... гдѣ теперь мнѣ пріютить васъ, мои милые?
И старикъ сѣлъ на траву и горько заплакалъ, между тѣмъ какъ испуганныя дѣти бросились къ нему на шею и тоже заплакали.
-- Что мы будемъ дѣлать? Что мы будемъ дѣлать? сказала Фанни, тогда какъ Тэдди, пріобрѣтшій привычку почтительно повторять все, что говорила сестра, повторилъ и теперь плаксивымъ лепетомъ: что мы будемъ дѣлать?
-- Я намѣренъ бѣжать съ вами въ пустыню, какъ съ дѣтьми Израиля, сказалъ Тиффъ: -- хотя въ наши времена и не падаетъ манна съ неба.
-- Тиффъ, быть можетъ, она будетъ такая же, какою была наша мама? спросила Фанни.
-- О, нѣтъ, миссъ Фанни, совсѣмъ нѣтъ. Ваша мама принадлежала къ одной изъ первѣйшихъ фамилій въ Виргиніи. Она погубила себя, вышедъ замужъ за такаго человѣка. Я никогда не говорилъ объ этомъ.... Это было бы съ моей стороны непростительно. Но теперь мнѣ все равно....
Слова стараго Тиффа были прерваны громкимъ крикомъ Криппса.
-- Алло, Тиффъ! куда ты пропалъ? Иди назадъ; Полли и я помирились. Веди и дѣтей съ собой. Пусть они познакомятся съ новой матерью.
Тиффъ и дѣти подошли къ крыльцу. Криппсъ взялъ Фанни за руку и повелъ ее, испуганную, и плачущую во внутренность хижины.