-- Не бойся, моя милая, говорилъ онъ: -- я привезъ вамъ новую мать.
-- Намъ не нужно ея, сказалъ Тэдди, заливаясь слезами.
-- Нѣтъ, нужно, сказалъ Криппсъ: -- пойдемъ, пойдемъ. Вотъ твоя мама, и съ этими словами онъ толкнулъ маленькаго Тэдди въ дебелыя объятія Полли. Фанни, поцалуй твою маму!
Фанни отступила назадъ и заплакала; Тэдди послѣдовалъ ея примѣру.
-- Съ глазъ моихъ долой эту сволочь! вскричала новобрачная лэди. Я говорила тебѣ, Криппсъ, что мнѣ не нужно ребятишекъ отъ другой женщины; надоѣдятъ и свои.
ГЛАВА XXXIX.
ПОБѢГЪ.
Чистенькая и уютная хижина, которой старый Тиффъ быль геніемъ-хранителемъ, вскорѣ испытала надъ собой превратности земнаго счастія. Абиджа торжествовалъ, радуясь удаленію Полли Скинфлинтъ изъ подъ родительскаго крова, и вмѣстѣ съ тѣмъ избавленію отъ ея буйнаго, повелительнаго характера. Ея мать, одна изъ тѣхъ безпечныхъ и неэнергичныхъ женщинъ, жизнь которыхъ представляетъ собою тихое теченіе мутнаго потока, олицетворяющаго собою глупость и лѣность, говорила объ этомъ событіи весьма немного; но, вообще, и она была довольна, что избавилась наконецъ отъ длинныхъ рукъ Полли и ея пронзительнаго крика. Въ проницательномъ взглядѣ Абиджи на вещи немаловажное значеніе имѣло и то обстоятельство, что Криппсъ владѣлъ негромъ,-- главная цѣль, къ которой бѣдный скоттеръ Южныхъ Штатовъ направляетъ всѣ свои помышленія. Желаніе власти было господствующимъ элеменюмъ въ натурѣ Полли, и потому она рѣшительно объявила, что выйдетъ замужъ за Криппса. Что касается до его дѣтей, то она считала ихъ за бремя, напрасно тяготившее помѣстье -- за бремя, на которое, по мѣрѣ возможности, не слѣдовало обращать вниманія; въ этомъ отношеніи Полли довольно опредѣленно выражалась: "Эти молокососы должны смотрѣть въ оба, когда попадутъ ко мнѣ въ руки." Невѣста получила въ приданье отъ отца полбочки виски и ласковый совѣтъ Криппсу отдохнуть отъ странствованій по округу и заняться торговлей, не отлучаясь отъ дома. Короче, маленькая хижина обратилась въ кабакъ сдѣлалась мѣстомъ сборища самой жалкой и развратной части общества. Буйный характеръ Полли въ скоромъ времени, заставилъ Криппса пуститься снова въ путешествія и оставить дѣтей своихъ на произволъ своенравной, взбалмошной мачихи. Пріятный видъ, которымъ отличались хижина и садъ Тиффи, исчезъ весьма скоро. Посѣтители питейной лавки находили, удовольствіе рвать и топтать цвѣты, не обращая вниманія даже на любимыя розы Тиффа; они переломали весь виноградникъ, который, обвивая это грубое строеніе, придавалъ ему живописную прелесть. Образъ жизни Полли во время отсутствія мужа, отличался грубымъ развратомъ; разговоры и сцены, слишкомъ отвратительныя, чтобъ повторятъ ихъ въ нашемъ описаніи, безпрестанно поражали слухъ и зрѣніе невинныхъ дѣтей.
Сердце стараго Тиффа обливалось кровью. Онъ терпѣливо переносилъ всѣ страданія и лишенія; но невыносимо было для него пренебреженіе, которое испытывали дѣти. Однажды вечеромъ, когда пьяная шайка бушевала внутри хижины, Тиффъ, доведенный до отчаянія, вооружился мужествомъ.
-- Миссъ Фанни, сказалъ онъ: идите на чердакъ, увяжите ваши вещи въ узелъ, и выбросьте его въ окно. Я молился день и ночь, и Господь сказалъ, что Онъ укажетъ намъ путь избавленія. Пока вы будете сбираться, я подожду гдѣ нибудь здѣсь, подъ кустами.