Дѣти казались немного испуганными.
-- Не бойтесь, мои милые; я догадываюсь, чей этотъ выстрѣлъ. Слышите! кто-то идетъ сюда.
Въ нѣкоторомъ разстояніи отъ группы чей-то звучный голосъ запѣлъ:
О! если бы я имѣлъ крылья утра,
Я бы полетѣлъ въ Ханаанскую землю.
-- Да, сказалъ Тиффъ про себя: -- это его голосъ. Не бойтесь, продолжалъ онъ, обращаясь къ дѣтямъ: -- этотъ человѣкъ проведетъ васъ въ селеніе, о которомъ я вамъ говорилъ.
И Тиффъ дребезжащимъ, напряженнымъ голосомъ, представлявшимъ рѣзкій контрастъ съ звучнымъ голосомъ отдаленнаго пѣвца, запѣлъ тѣже самыя слова, которыя, быть можетъ, служили условнымъ сигналомъ. Неизвѣстный пѣвецъ замолчалъ; и въ то время, какъ Тиффъ продолжалъ свое пѣніе, трескъ сухихъ сучьевъ и шорохъ листьевъ, говорили о приближеніи незнакомца. Наконецъ передъ дѣтьми и Тиффомъ явился Дрэдъ.
-- Ну, что? и вы бѣжали въ пустыню! сказалъ онъ.
-- Да, да, отвѣчалъ Тиффъ, съ кроткой улыбкой:-- и мы переселились. Эта женщина сдѣлалась для дѣтей чудовищемъ. Изъ всѣхъ грубыхъ созданій, я не видывалъ грубѣе ея. Нѣтъ ни манеръ, ни воспитанія; не знаетъ, какъ и что дѣлается между порядочными людьми; поэтому-то мы и убѣжали въ лѣса.
-- Могли бы попасть и въ худшее мѣсто, сказалъ Дрэдъ: -- Господь Богъ даетъ красоту и силу лѣснымъ деревьямъ. Наступитъ время, когда Онъ водворитъ миръ всему міру; повелитъ дикимъ звѣрямъ покинуть эту страну, и люди будутъ обитать спокойно въ пустынѣ, будутъ спать въ лѣсахъ, и деревья принесутъ свой плодъ.