-- Мнѣ бы хотѣлось поговорить объ этомъ предметѣ именно съ тобой, сказалъ Кушингъ:-- пріѣзжай, пожалуйста. Въ дѣлахъ подобнаго рода весьма трудно усмотрѣть прямую дорогу.
Бѣдный докторъ Кушингъ принадлежалъ къ числу людей, которымъ суждено, подобно пловучему маяку, плавать на одномъ мѣстѣ, и измѣнять свое положеніе, по произволу морскихъ приливовъ и отливовъ. У него достаточно было любви, великодушія, набожности,-- словомъ всего прекраснаго, кромѣ способности и воли располагать своими дѣйствіями. Клэйтонъ, увидѣвъ ясно, что тутъ ничего не сдѣлать и невыиграть, тоже всталъ и сказалъ, что долѣе не можетъ оставаться, и что ему пріятно будетъ имѣть спутника въ лицѣ мистера Диксона.
-- Какой славный человѣкъ этотъ Диксонъ! сказалъ Кушингъ, проводивъ двухъ гостей.
-- Въ немъ много прекраснѣйшихъ чувствъ, замѣтилъ докторъ Пактредъ.
-- Да, сказалъ докторъ Кокеръ: -- Диксонъ былъ бы прекрасный человѣкъ, еслибъ не былъ одержимъ мономаніей. Когда онъ начинаетъ говорить объ этомъ предметѣ, я стараюсь его не слушать. Разсуждать съ нимъ и скучно и безполезно. Я переслушалъ всѣ его сужденія нѣсколько разъ.... пустая трата времени.
-- Но все же, сказалъ мистеръ Кушингъ:-- я желаю, чтобы было что нибудь сдѣлано.
-- Кто этого не желаетъ, возразилъ докторъ Кокеръ: -- мы всѣ желаемъ что нибудь сдѣлать. Но если невозможно, значитъ такъ тому и быть. Теперь займемтесь нашимъ дѣломъ внимательнѣе и вникнемъ въ нѣкоторыя подробности.
-- Да, сказалъ докторъ Пактредъ: -- вы имѣете предъ нами большое преимущество. У васъ хотя и есть такіе бѣдные, добрые люди, какъ этотъ Диксонъ, но они составляютъ такое незначительное меньшинство, что ничего не могутъ сдѣлать; они не допускаются даже въ церковныя собранія, не подаютъ ни просьбъ, ни жалобъ, и потому вы не знаете огорченій, какія испытываемъ мы. Мы не можемъ избрать старшины изъ невольническихъ штатовъ; для васъ же это возможно, какъ возможно все, что служитъ къ водворенію и сохраненію добраго согласія.