-- И опять какъ странно, сказала Нина:-- что всѣ эти люди, о которыхъ мы читали, быть можетъ живутъ и теперь, дѣлаютъ что нибудь гдѣ нибудь!-- Я бы хотѣла угадать, гдѣ они теперь, напримѣръ, этотъ Ксерксъ, Александръ и другіе. Они были такъ полны жизни, приводили въ свое время въ движеніе народы и неужели съ тѣхъ поръ оставались безъ всякаго дѣйствія. Почемъ знать, быть можетъ, тотъ же Ксерксъ посматриваетъ теперь и любуется нашими деревьями. Но вотъ и начало земли нашей плантаціи. Вотъ это изгородь изъ остролистника, посаженнаго моей матерью. Она путешествовала по Англіи, и ей до такой степени понравились тамошнія живыя изгороди, что, пріѣхавъ домой, она непремѣнно хотѣла употребить для этого нашъ американскій остролистникъ: и вотъ, какъ видите, желаніе исполнилось; она вывезла кусты этого растенія изъ лѣса и разсадила ихъ. Остролистникъ, какъ видите, разросся и даже одичалъ, потому что втеченіе нѣсколькихъ лѣтъ его не подстригали. Вотъ эта дубовая аллея насажена моимъ дѣдомъ. Я восхищаюсь ею и горжусь.
При этихъ словахъ, широкія ворота, ведущія въ садъ, распахнулись, и молодые люди помчались подъ тѣнію свода изъ дубовыхъ вѣтвей; сѣрый мохъ густымъ слоемъ покрывалъ каждое дерево, и хотя солнце было еще высоко, по въ аллеѣ было темно, и шелестъ листьевъ, доказывавшій присутствіе легкаго вѣтра, навѣвалъ на всадниковъ влажную, отрадную ирохладу. При сачомь въѣздѣ въ аллею, Клэйтонъ снялъ шляпу, какъ это дѣлалъ онъ въ чужихъ краяхъ передъ храмами.
-- Вы привѣтствуете Канему! сказала Нина, подъѣхавъ къ Клэйтону и простодушію посмотрѣвъ ему въ лицо. Полувеличественный, полудѣтскій видъ, съ которымъ она сказала это слова, Клэйтонъ выдержалъ съ серьёзной улыбкой, и, кланяясь, отвѣчалъ еи:
-- Благодарю васъ, миссъ Нина.
-- Вамъ можетъ быть не нравится, что вы пріѣхали сюда, прибавила она, серьёзнымъ тономъ.
-- Что вы хотите этимъ сказать? спросилъ Клэйтонъ.
-- И сама не знаю; такъ, вздумалось сказать, и сказала. Часто мы не можемъ дать себѣ отчета въ томъ, что мы дѣлаемъ.
Въ этотъ моментъ, на одной сторонѣ аллеи послышался громкій крикъ, похожій на карканье вороны, и въ слѣдъ затѣмъ появился Темтитъ: онъ бѣжалъ, прыгалъ, коверкался, кудри его развѣвались, его щеки пылали.
-- Томтитъ! куда ты? спросила Нина.
-- Ахъ, мисиссъ, вотъ ужь два часа, какъ васъ ждетъ какой-то джентльменъ. Мисиссъ Лу надѣла лучшій чепчикъ и сошла въ гостинную занять его.