Наконецъ, при золотыхъ лучахъ заходящаго солнца, вдали, въ широкихъ аллеяхъ парка показались траурные экипажи; они, по обычаю, медленно подвигались.
Въ первомъ везли тѣло, во второмъ сидѣлъ мистеръ Робертъ Гордонъ и высокородный Артуръ, а третій былъ занятъ прислугой.
Наконецъ, мелькнувъ нѣсколько разъ между кущами деревьевъ и зелени, они подъѣхали къ крыльцу. Во второй каретѣ, въ окнахъ, показались головы мистера Гордона и благороднаго потомка стариннаго дома. Они вмѣстѣ выпрыгнули изъ кареты. Подозрѣвалъ ли сэръ Джошуа въ пріятеляхъ, пріѣхавшихъ изъ теплыхъ странъ съ такою спорною ношей, соперниковъ? Покойника перенесли въ домъ. Сэръ Джошуа встрѣтилъ его въ дверяхъ библіотеки.
И вотъ конецъ вашего воспитанія, мистеръ Гордонъ, сказалъ баронетъ.
-- Конецъ, сэръ Джошуа! было сказано въ отвѣтъ холоднымъ и учтивымъ тономъ.
Пораженный мильйонщикъ отвернулся и послѣдовалъ за тѣломъ сына въ комнаты. Дверь затворилась; присутствовавшіе удалились; гордый человѣкъ остался одинъ съ покойникомъ. Оставимъ его тамъ!
ГЛАВА XVIII.
Затрудненія и несчастія.
Альфредъ сказалъ правду Кавендишу: дѣла его отца были разстроены; они были, въ-сущности, еще въ большемъ разстройствѣ, нежели онъ предполагалъ. Мистеръ Стаунтонъ помѣстилъ большую часть своего имущества въ различныя предпріятія, имѣющія цѣлью устройство желѣзныхъ дорогъ. Сначала дѣла шли хорошо, приносили большіе проценты на внесенныя деньги, и акціи имѣли большія преміи. Мистеръ Стаунтонъ, продавъ ихъ, могъ бы выиграть нѣсколько тысячъ фунтовъ.
Вдругъ насталъ ужасный кризисъ, о которомъ мы всѣ слышали и отъ котораго такъ многіе пострадали. Одинъ изъ наиболѣе-пострадавшихъ былъ мистеръ Стаунтонъ. Онъ узналъ, что дивиденды, которые онъ получалъ, выплачивались не изъ прибыли, а изъ самаго капитала; что въ то время, когда онъ съ радостью получалъ свои шесть или семь процентовъ и льстилъ себя надеждой, что капиталъ его выросъ, по-крайней-мѣрѣ, на пятьдесятъ процентовъ, онъ уже почти не существовалъ.