На поворотѣ дороги онъ увидѣлъ всадника. И человѣкъ и лошадь били стары и имѣли очень-важный видъ. Лошадь была грязноватой бѣлой шерсти, и почти подходила подъ пару цвѣту шляпы, закрывавшей морщинистый профилъ человѣка. Кости лошади почти выдавались сквозь шкуру, такъ же, какъ кости человѣка почти пробивались сквозь складки его сѣрой одежды. Дон-Кихотъ не важнѣе сидѣлъ на знаменитомъ Розинантѣ, нежели этотъ серьёзной и торжественной наружности человѣкъ, съ которымъ мистеръ Стаунтонъ скоро повстрѣчался, возсѣдалъ на своей бѣлой лошадкѣ.
-- У васъ есть религіозный трактатъ? сказалъ всадникъ груднымъ голосомъ и какъ-будто не раскрывая губъ.
-- Извините... отвѣчалъ мистеръ Стаунтонъ.
-- Есть трактатъ? продолжалъ тотъ медленнымъ и торжественнымъ тономъ.-- Религіозный трактатъ: хлѣбъ съ водою, крохи утѣшенія для голодныхъ грѣшниковъ, перевязка для раненаго воина, чистое омовеніе для валяющихся въ грязи, сандаліи для ногъ пилигрима, пилюли для колики суетности?...
-- А! я вижу... перебилъ мистеръ Стаунтонъ, не имѣя особеннаго желанія, чтобъ старикъ истощилъ свой каталогъ рѣдкихъ сокровищъ:-- я вижу; вы занимаетесь продажею трактатовъ. Развѣ въ этихъ мѣстахъ ихъ много покупаютъ?
-- Я ихъ не продаю; я даю ихъ даромъ два раза въ недѣлю: по вторникамъ и пятницамъ.
-- Вы трудитесь изъ любви къ предмету -- я примѣчаю. Довольны ли вы результатами вашей раздачи трактатовъ?
-- Не могу сказать! не могу сказать! Это не мое дѣло. Моя обязанность только ихъ раздавать. Не моя отвѣтственность, что изъ этого слѣдуетъ. Братъ Джонъ увѣщеваетъ грѣшниковъ, читаетъ молитвы на митингахъ. Я не могу проповѣдывать, не могу даже молиться въ публикѣ. Но могу раздавать трактаты -- и раздаю.
-- Другъ мой, сказалъ кроткосердечный мистеръ Стаунтонъ: -- я очень-радъ слышать это. Хорошо было бы для всѣхъ насъ, еслибъ мы старались исполнять нашу обязанность такъ, какъ вы повидимому стараетесь исполнять вашу. Каждому человѣку данъ его талантъ, и ни отъ кого не требуется, чтобъ онъ исполнялъ болѣе, нежели позволяютъ его способности. Счастливы тѣ, которые -- малы или велики ихъ таланты -- употребляютъ ихъ на службу Господу, и проповѣдуютъ ли они съ соборной каѳедры, или на открытомъ воздухѣ, или молятся на митингѣ, или просто раздаютъ трактаты -- это все-равно, только бы талантъ употреблялся для хорошей цѣли. Истинно, ни одинъ человѣкъ, трудящійся для Господа, не уйдетъ безъ его награды!
-- Сэръ, вы говорите какъ книга! Сэръ, вы благочестивый человѣкъ; вы привлекли къ себѣ мое сердце! Вы, можетъ-статься, изъ Лидса?