-- О! Нет, я спешу к его высочеству.
-- Что вам надо от него?
-- Мне надо, чтобы он отдал приказ пропустить в ворота Сент-Онорэ войска, стоящие в Поасси; они непременно должны подоспеть на помощь принцу, который выдерживает ожесточенный напор роялистов, число которых втрое больше его отряда.
-- В таком случае, маркиз, вам не надо обращаться к моему отцу.
-- К кому же, ваше высочество?
-- Поезжайте со мной. Отец уполномочил меня, и я теперь еду в ратушу, чтобы приказать парижскому губернатору повиноваться принцу Кондэ.
Так продвигались они, теснимые народом, который, узнав принцессу, приветствовал ее громогласными восклицаниями -- молва о ее подвигах в Орлеане воодушевляла всех восторгом.
Все добрые граждане вооружились и, следуя за амазонками, при трубных звуках вопили и ревели кто во что горазд, только бы погромче. Со всех сторон требовали сражения, готовые идти против Мазарини под предводительством внучки Генриха Четвертого.
-- Да, друзья мои, -- говорила принцесса, -- вы мои, и я благодарю вас, но в настоящее время я должна посоветоваться с губернатором.
Внутренне героиня Орлеанская говорила себе, что, если бы в ратуше ей вздумали отказать, она и без старшин обойдется, сумеет воспользоваться готовностью этого доброго народа.