Выходя, Рафаэль отправился прямо на улицу, боясь, что хозяинъ увидитъ его съ красными глазами. Ферминъ заглянулъ въ комнату, гдѣ пировали, и выпивъ рюмку, предложенную Дюпономъ, убѣжалъ, хотя донъ Луисъ тащилъ его за фалды, чтобы онъ остался.
Часовъ около пяти Ферминъ пріѣхалъ въ Марчамалу. Рафаэль везъ его на своей лошади. Отъ нетерпѣнія, онъ все время нервно шевелилъ каблуками, подгоняя животное.
-- Да ты загонишь ее, варваръ!-- кричалъ Монтенегро, прижимаясь грудью къ плечу всадника.-- Мы, вѣдь, вдвоемъ очень тяжелы!"
Но Рафаэль думалъ только о предстоящемъ свиданьи.
-- Я бы хотѣлъ везти тебя на колесницѣ самого Ильи Пророка, Ферминильо, чтобы ты поскорѣе увидѣлъ ее.
Они остановились у трактира на дорогѣ, недалеко отъ виноградника.
-- Хочешь, чтобы я подождалъ тебя?-- спросилъ Рафаэль.-- Я тебя съ удовольствіемъ подожду до самого дня Страшнаго Суда.
Ему хотѣлось поскорѣе узнать рѣшеніе дѣвушки. Но Ферминъ не пожелалъ, чтобы онъ его дожидался. Онъ рѣшилъ ночевать на виноградникѣ и пошелъ дальше пѣшкомъ, въ то время, какъ Рафаэль кричалъ ему, что пріѣдетъ за нимъ завтра.
Увидѣвъ сына, сеньоръ Ферминъ спросилъ его съ безпокойствомъ, не случилось-ли чего-нибудь въ Хересѣ. "Ничего, отецъ". Онъ пришелъ съ ночевкой, потому что его отпустили изъ конторы на недостаткомъ работы. Старикъ поблагодарилъ его за посѣщеніе, но безпокойство, съ которымъ онъ встрѣтилъ прибытіе сына, не улеглось.
-- Я думалъ, когда увидѣлъ тебя, что въ Хересѣ случилось что-нибудь дурное; но если еще ничего не случилось, то скоро случится. Я отсюда знаю все; всегда находятся пріятели съ другихъ виноградниковъ, которые забѣгаютъ разсказать мнѣ, что думаютъ забастовщики. А кромѣ того, въ кабакѣ погонщики передаютъ все, что слышали.