Тамъ, за полями, стоятъ города, огромныя агломераціи современной культуры, и въ нихъ живутъ другія стада несчастныхъ, обездоленнымъ и печальныхъ, но рождающіяся души ихъ омываются зарей новаго дня, они чувствуютъ надъ своими головами первые лучи солнца, въ то время, какъ остальной міръ погруженъ еще во мракъ. Они будутъ избранниками; и въ то время, какъ крестьянинъ оставался въ полѣ, съ покорной серьезностью вола, обездоленный въ городѣ просыпался, становился на ноги и шелъ за единственнымъ другомъ несчастныхъ и голодныхъ, за тѣмъ, кто проходитъ черезъ исторію всѣхъ религій, заклейменный именемъ Демона, и кто теперь, отбросивъ нелѣпыя украшенія, которыми надѣляла его традиція, восхищаетъ однихъ, и ужасаетъ другихъ самой гордой красотой, красотой Люцифера, ангела свѣта, имя которому Возмущеніе... Соціальное Возмущеніе!
КОНЕЦЪ.
"Міръ Божій", NoNo 4--8, 1906