-- Я бы хотѣлъ видѣть Кристафера Бранда,-- сказалъ онъ.
-- Онъ сейчасъ на собраніи, внѣ дома. Могу я что-нибудь передать ему отъ васъ? Что-нибудь насчетъ Союза?
-- Нѣтъ, не насчетъ Союза,-- отвѣчалъ посѣтитель медленно. Помолчавъ, онъ прибавилъ:-- меня зовутъ Брандъ. Я пріѣхалъ изъ Нордгамптона, чтобы его повидать.
-- А, такъ вы его отецъ?-- вскричала миссисъ Пэламъ радушно.-- Войдите, пожалуйста.
Старикъ вошелъ и сѣлъ, а она продолжала:
-- Я полагаю, собраніе объявитъ стачку конченною, и я боюсь, что тогда мистеръ Брандъ сразу почувствуетъ тяжесть того напряженія и заботъ, какія она ему принесла; тѣмъ болѣе, что директора ставятъ условіемъ мира его отставку, какъ секретаря Союза.
-- А развѣ рабочіе не постоятъ за него?-- спросилъ Брандь-старшій.
-- Не думаю, во всякомъ случаѣ, чтобы онъ до пустилъ ихъ до этого.
Они посмотрѣли другъ на друга. Она замѣтила, что отецъ Крастофера Бранда былъ болѣе могучаго тѣлосложенія, но пониже сына, что у него были болѣе свѣтлые волосы и болѣе грубый цвѣтъ лица, но что лицо было умное и добродушное.
-- Вы, я полагаю, миссисъ Пэламъ, сударыня?-- сказалъ онъ и, получивъ утвердительный отвѣтъ, прибавилъ:-- я слышалъ объ васъ и объ вашемъ супругѣ отъ Кита.