Наступило минутное молчаніе; затѣмъ Брандъ сказалъ:
-- Въ такомъ случаѣ, я бы желалъ, чтобы вы ее мнѣ объяснили.
Вопреки его собственнымъ желаніямъ, въ его голосѣ послышалась болѣе суровая и болѣе горькая нота.
Сэръ Джонъ отвѣчалъ гладкимъ оффиціальнымъ тономъ, въ которомъ невозможно было замѣтить чего бы то ни было личнаго.
-- Я не имѣю права, сказать вамъ. То, что я вамъ объяснилъ, я сказалъ для того, чтобы сдѣлать для васъ понятнымъ мои мотивы, а именно: дѣлая вамъ извѣстное предложеніе, я дѣйствую не столько въ качествѣ члена политической партіи, сколько въ качествѣ представителя одного моего стараго друга, который чувствуетъ, что имѣетъ по отношенію къ вамъ обязанности...
-- Къ этому я не былъ приготовленъ,-- сказалъ Брандъ и опять замолчалъ, глядя внизъ.
Сэръ Джонъ ждалъ, пока его собесѣдникъ заговоритъ, внутренне собираясь съ силой, и въ умѣ его промелькнула мысль, что никогда еще не боялся онъ своего оппонента такъ сильно.
-- Въ такомъ случаѣ, ваше предложеніе исходитъ, собственно, отъ моего отца?-- сказалъ Брандъ.
-- Да.
-- Но вѣдь онъ не хочетъ стать со мной лицомъ къ лицу, онъ не заявляетъ никакой привязанности ко мнѣ; онъ даже не уполномочилъ васъ назвать мнѣ свое имя.