Воздух холодный, наступает ночь, все окутано легким туманом.
Туман скапливается на перекрестках, расползается по улицам и сгущается, по мере того как Филипп спускается в центральную часть города. Влажная неясна заглушает шум автомобилей и закрывает верхушки больших фонарей на Рю-де-ла-Репюблик; только фантастический желтый свет просачивается на тротуары, по которым спешат запоздавшие служащие.
В переулках газовые фонари поглощены туманом, мерцают только их чугунные подставки. Филипп чихает, потом подымает воротник пиджака. Он засиделся у двоюродной сестры и сильно запоздал к обеду. Он быстрей семенит ногами. Он запаздывает, но доволен. Его яростный гнев погас, угомонился, и он спокойно предвкушает возможность отмщения.
И в то время как с грохотом закрываются железные ставни, в то время как выставки погружаются во тьму, чтобы отдохнуть от любопытных взглядов праздношатающихся, он обдумывает подробности мщения. Его роль благородна, совесть у него чиста, ибо помимо того, что Сардер опозорил его — Сардер вольнодумец и революционер. Если поразмыслить хорошенько, он — человек опасный во всех отношениях. Снова всплывает в нем воспоминание о личных неприятностях, о Люси.
Во всяком случае, он никогда не афишировал своих связей; когда он почувствовал, что дело пахнет скандалом, он удалил из города не в меру располневшую девушку.
Он насвистывает; хотя у него ист никаких доказательств виновности Сардера, можно намекнуть, что тот был в городе в день самоубийства и что в старом доме произошла ссора. Он обтирает рукой усы, на которых капельками оседает туман. «Лучше не напирать на подробности, а изобразить позорную жизнь Жака», — думает он.
Он около бакалейной лавки; свет большой круглой лампы, повешенный над банками розовых, зеленых, желтых леденцов и сосновыми ящиками, полными слив, падает и за пределами тротуара и рассеивается на камнях мостовой. Освещенную полосу клубящегося тумана пересекает женщина. У нее широкие бедра, короткие ноги, но Филиппа привлекает массивный силуэт. Ему нравятся тяжелые зады.
Силуэт теряется в тумане. Филипп, пораженный, останавливается, затем устремляется за промелькнувшей женщиной.
— Недурна девочка, — бормочет он и чуть не бегом спешит за ней.
Клер оборачивается на шум шагов. Ее догоняет мужчина, и она слышит его прерывистое дыхание; он догоняет, словно хочет заговорить с ней. Останавливается. Берет ее за локоть и говорит: