— У вас есть авто?
В удивленном вопросе проскальзывает деревенский выговор.
Он немного отстает, но зад, который при каждом шаге массивных ног перемещается справа налево, слишком заманчив, Филипп не может упустить такой случай, он думает уже только об одном: «Согласится или нет?».
Клер начинает привыкать к приставаниям мужчин, которые, торопясь, приглашают ее в гостиницу. Все торопятся, как и ее хозяин, несколько раз пытавшийся обнять ее за телефонной будкой. Но с тех пор как Фессар покинул ее, внимание мужчин ее не трогает. Кажется, будто чувственность отлетела от нее вместе с нежностью. Он не женился на ней, потому что у нос не было денег. С этих пор она отказалась от всех удовольствии. Решила упорно работать, рассчитывать каждый грош, скопить приданое, завести книжку в сберегательной кассе и когда-нибудь выйти замуж.
Упорство молодого человека, который пробует завести разговор, вызывает в ней только одну мысль: «У него есть автомобиль». И ее равнодушие исчезает, не из-за обаяния, связанного с этим экипажем, но просто потому, что «собственники автомобилей — люди богатые, и, значит, если он хочет спать со мной, пусть платит деньги».
Филиппу хотелось бы знать, чем она занимается; ему не видно, холеные ли у нее руки, так как она в перчатках.
Туман все такой же густой; прохожих мало; сходя с тротуара, чтобы перейти через улицу, Филипп берег женщину за талию и прижимает к себе. Она не отстраняется; они идут рядышком. Из расспросов Филипп узнает, что она служит и что сегодня, у нее свободный день.
Его удивляет холодное равнодушие этой коренастой девушки, которая с первого взгляда показалась ему пылкой. Он заглядывает ей в лицо: глаза черные, брови густые, рот большой. «Увидим», — думает Филипп.
Запах мыла и слегка влажного тела исходит от ее шеи. Филипп взволнован; он впился пальцами ей в локоть. но не решается коснуться губами ее шеи.
«Увидим».