Фицджеральдъ былъ въ самомъ веселомъ, безпечномъ настроеніи духа, когда они съ сыномъ сѣли, наконецъ, въ открытый ландо и закутались массою пледовъ. Ночь оказалась прекрасною; воздухъ былъ мягкій, небо ясно; Айнишинъ и окаймлявшія его широкія, неподвижныя воды живописно дремали при лунномъ свѣтѣ.
-- Что отвѣтилъ бы ты, Франкъ,-- спросилъ Фицджеральдъ, когда они выѣхали, наконецъ, за городъ,-- еслибъ я сказалъ тебѣ, что нѣкогда заключилъ договоръ съ волшебницами въ томъ самомъ ущельѣ, о которомъ я тебѣ говорилъ?
Ребенокъ взглянулъ на отца, не зная, шутитъ ли онъ, или нѣтъ.
-- Не думаю, чтобъ теперь были волшебницы,-- отвѣчалъ онъ.
-- Видишь ли, если тебѣ когда-нибудь тоже придется заключить договоръ съ дономъ Фіерной и его крошечнымъ народомъ, и если ты обѣщаешь навѣщать ихъ каждыя семь лѣтъ, ты увидишь, какъ мало-по-малу тебѣ станетъ все труднѣе слышать ихъ приближеніе или видѣть, какъ раздвигаются стѣнки ущелья и появляется длинная процессія. Когда молодъ, это гораздо легче. Ты, конечно, не побоишься остаться въ каретѣ, пока я спущусь въ ущелье; а если я увижу или услышу тамъ что-нибудь интересное, я тотчасъ же вернусь и разскажу тебѣ.
-- О, папа, ты меня не обманешь,-- лукаво засмѣялся мальчикъ.-- Не волшебницъ идешь ты искать. Если ты уходишь куда-нибудь одинъ, такъ только для того, чтобы наблюдать, какъ живутъ кролики и другіе звѣрушки, а потомъ писать о нихъ. Я отлично это знаю. Всякій разъ, какъ ты отправляешься изъ дому и безъ удочки, мама сейчасъ же отзываетъ насъ назадъ.
-- Неужели? Но дѣло въ томъ, Франкъ, что ты никогда не былъ прежде въ Айнишинѣ, а здѣсь происходили странныя вещи, когда я былъ молодъ; Богъ одинъ знаетъ, что только можно было видѣть въ этомъ ущельѣ. И такъ, ты останешься въ каретѣ, когда мы пріѣдемъ на мѣсто. Если же я внизу увижу волшебницъ, я не скажу имъ ни слова, а сейчасъ же выбѣгу на дорогу и свистну тебѣ. Понимаешь?
-- Это все вздоръ, папа; я не вѣрю, чтобы тамъ были волшебницы.
Наконецъ, они приблизились въ той части дороги, надъ которой нависъ двойной рядъ вязовъ. Фицджеральдъ велѣлъ остановиться и вышелъ изъ экипажа, оставивъ въ немъ Франка.
-- И такъ, уговоръ: какъ только я свистну, готовься...