-- На сцену!..
-- Вы меня извините, мадамъ,-- сказалъ онъ и отошелъ къ зеркалу.-- Мнѣ еще надо вотъ... поправить. Досталась вамъ дочка... нечего сказать... Мое почтеніе.
Безъ словъ вышла она изъ уборной перваго сюжета и не знала, какъ ей поскорѣе попасть на воздухъ. Еслибы Маруся поймала ее, навѣрно вышла бы сцена. Да и въ самомъ дѣлѣ, чего она добилась?..
Приниженно сѣла она на ту же скамейку, гдѣ ожидала Марусю до спектакля.
Давно уже стемнѣло. Изъ нѣсколькихъ лампъ лился электрическій свѣтъ, и за его предѣломъ темнота выступала рѣзче. Съ эстрады слышалось хоровое пѣніе съ бубномъ. Густая толпа стояла спинами къ театру. Вдоль круга двигались пары и заходили въ сторону, къ темнѣющей площадкѣ гимнастовъ. Пары дѣлались все чаще. За столами, гдѣ свѣчи мелькали желтыми языками въ шандалахъ со стеклами, ѣли и пили; шумный разговоръ прорѣзывалъ то-и-дѣло женскій смѣхъ.
На все это глядѣла Марья Трофимовна, и ей казалось, что сюда она попала за тѣмъ, чтобы узнать, наконецъ: -- какъ жизнь идетъ для тѣхъ, кто не знаетъ ея разныхъ сантиментальныхъ глупостей. Что-то совсѣмъ новое, торжествующее, безпощадное, тупое, въ своемъ безстыдствѣ обступало ее. И то, что пѣлось въ театрѣ, и здѣсь въ саду -- блуждающія пары и повсюдный смотръ и выборъ женщинъ,-- и такъ это просто, безъ всякаго покрова и стѣсненья. Гдѣ-же тутъ совѣсть ея, съ чувствами... старой дѣвы, наивной и смѣшной, безсильной и жалкой?..
Да, Маруся ея давно уже была предназначена для такой именно жизни, вотъ для такого сада, для перехода отъ одного мужчины къ другому. Какъ же она не догадалась объ этомъ? А еще захотѣла спасать, направлять!..
Вонъ идетъ пара... завертываетъ налѣво, за купу деревьевъ по узкой дорожкѣ. Свѣтъ только проводилъ ихъ въ тѣнь и не пошелъ дальше. Она смотритъ на эту пару какъ-будто съ намѣреніемъ, съ любопытствомъ. Мужчина -- сухой, длинный, въ высокой шляпѣ и короткомъ пиджакѣ, почти курткѣ, и панталоны на немъ свѣтлыя. Его Марья Трофимовна видѣла. Онъ остановился. Женщина повернулась къ нему лицомъ и что-то говоритъ горячо, машетъ зонтикомъ... Онъ все пятится къ свѣту.
Да это Маруся! А длинноногій ея кавалеръ -- навѣрно тотъ, съ которымъ она теперь "путается".
Мысленно Евсѣева выговорила это слово.