XXI
— Уф! — звучно вздохнула она и жестом руки пригласила Луку Ивановича сесть поближе.
Он сел и ждал, что она скажет.
— Насилу-то! — выговорила она также выразительно.
— Очень уж диктаторски поступили, — заметил Лука Иванович.
— Он — еще мальчик.
— Ну, не очень-то.
— Пускай учится.
— А те уж учены… как князь?
— С тех ничего больше и не спросится!.. Но забудемте всех их: что нам до них за дело, m-r Присыпкин!.. Я все вас зову так, по-светски; но мне это не нравится: вас ведь зовут по-русски — Лука Иваныч?