— Совершенно верно, — ответил он, чувствуя, что какое-то приятное щекотание начинает обволакивать все его существо.
— И вы меня не зовите m-me Патера.
— А как же прикажете?
— Юлия Федоровна.
— Так, разумеется, будет приятнее.
— Какая досада, что так мало остается у нас времени!
— На Невском уже ждут всадники? — смело подшутил Лука Иванович.
— Вон вы какой, — не лучше Елены. Не мне одной, и вам нельзя у нас по целым дням засиживаться; ведь вы — трудовой человек.
Она так выговорила последнюю фразу, точно хотела сказать: "вы думали, я не умею выражаться по-вашему — и ошиблись".
— Я уже вам сказал, Юлия Федоровна, что попросил расчета или, вот как рабочие говорят на фабриках: зашабашил.