-- Никто не знал про историю Пьера с Булатовым, и если она разнеслась по городу... ты сама этого желала.
-- Я?!.. Ха! ха!..
-- Конечно ты, maman... Ты и сестра... больше некому было рассказывать.
-- Mais c'est d'une impudence!
-- Ошибаюсь, тем лучше: значит, никто ничего не знает...
Maman думала было опять пуститься в слезы, но удержалась. Она сделала вдруг преогорченное лицо и ушла из своего кабинета... к Пьеру. Их конференция длилась слишком час. Брат избавил меня от диалога: он остается верен своему нежеланию входить со мною в какие бы то ни было объяснения.
Обед прошел в молчании. Я чувствую, что мой штат завоевывает себе федеральную самостоятельность ценою самых уксусных отношений.
Разве я на это не шла?
XIV
Чтобы "игнорировать" мои вечерний визит Булатовой, о котором maman догадалась каким-то наитием, она уехала к приятельнице -- престарелой деве и прислала назад экипаж.