-- На днях я -- совершеннолетняя.
-- И что же тогда?
Засмеявшись, я ответила:
-- Тогда я приеду окончательно успокоить вас.
Мы поняли друг друга, и Анна Павловна не удержалась: обняла меня.
XXVIII
Пришел, наконец, Булатов.
-- Исповедь кончена? -- спросил он.
Анна Павловна любовно взглянула на него и была за чаем очень весела. Я любовалась ее материнским тактом. Ни одним словом не дала она заметить сыну что-нибудь насчет его поведения в истории с моим братом. И в ней это не слабость, а ум.
Мы опять, не могли поговорить с Булатовым иначе, как маленькими фразами "через самовар". Он музыки не любит; я еще менее люблю музицировать в гостях; но Анна Павловна подвела меня почему-то к роялю и попросила что-нибудь сыграть.