- И вы позволяете мне ей сообщить ваш ответ?
- Сделайте милость, раз она об этом просила.
- Василий Иваныч! благодарю вас за такой искренний ответ.
Глаза Низовьева стали влажны.
- Вам же лучше! - не удержался Теркин.
Но радость Низовьева была так сильна, что он ничего не заметил на этот нескромный возглас, вздохнул и сказал еще раз:
- Благодарю вас.
- А тот?.. чичисбей... как вы его называете... Так при ней и состоит? И ей не зазорно?
В вопросах Теркина звучало более удивление, чем насмешка.
- Это так... Для курьеза... От скуки!.. Я понимаю ее, Василий Иваныч... Она близка к перелому, когда женщина делается беспощадной... жестокой...