-- Извините -- беспокою вас... Катар привязался... А в Петербурге, при таком климате...
Слово "климат" он выговорил с ударением на "а".
Барыня припомнила, что ей Полина рассказывала про отца своего. Он управлял большими поместьями, жил барином, "пострадал" и скитался неизвестно где.
"Может быть, он беглый преступник пли каторжный?"
Этого вопроса она опять застыдилась.
-- Сударыня, -- продолжал он и повернул вбок свою голову с приплюснутым затылком и с лысиной на маковке, -- про свои мытарства я вам рассказывать не буду... зачем же лишать драгоценного времени?.. Пострадал!.. Детям хотел дать надлежащее воспитание... Сами изволите видеть... Пелагея кое-чему училась... и на фортепьянах, и по-французски... девочка она не дурная... только характером вышла легкая... Надо снизойти...
-- Что же вам угодно? -- перебила его барыня.
-- А собственно так, позвольте изъясниться...
"Опять что-нибудь кляузное", -- подумала барыня и стала жалеть о том, что мужа ее нет дома.
-- Она загладила свою глупость... Вот я теперь вернулся... Почти что с волчьим паспортом, -- он опустил голову, но голос его пошел ей в душу, -- пить, есть надо, а кто же может, хоть на первых порах, поддержать. Дети -- сын не задался... Черствого сердца. Пелагея не в пример добрее... И вот, сударыня, от вашего милосердия будет зависеть...