Я и это упражненіе положила въ карманъ.
-- Ну, теперь съ ними не справиться!-- воскликнула учительница.-- Оба станутъ считать себя геніями: одна -- по сочинительству, другой -- по ариѳметикѣ.
Мнѣ казалось, что они и не понимаютъ даже того, что говоритъ теперь учительница. Можетъ быть, неясно представляли, но чувствовали сильно: мальчикъ и дѣвочка стояли розовые, съ блестящими глазами, съ выраженіемъ довольства на лицахъ.
-- Я попросила взятъ съ собой эти листы, чтобъ просмотрѣть ихъ дома, не спѣша. Я иностранка, сразу не могу понять по-французски. Я не говорю, что они безупречно составлены.
-- Ничего теперь не сгладите!-- замѣтила Алиса въ полголоса.-- Enfants, enfants, à vos places! Блассъ еще не конченъ.
И учительница опять принялась за урокъ. Я уже не двигалась со своего стула, около ея стола.
Уроки всѣхъ трехъ отдѣленій прошли невозможно. Тутъ я поняла, почему строго воспрещается посѣщеніе школъ посторонними лицами. Больше другихъ, конечно, устала бѣдная m-lle Реньо. Мы всѣ рады были, когда она пошла звонить въ колоколъ у дверей. Вернувшись, она дала что-то завернутое въ бумагу двумъ самымъ маленькимъ школьникамъ.
-- Снесите это домой, вашей матери. Смотрите: не развертывайте. Поняли?
-- Oui, mademoiselle.
-- То-то! Смотрите!-- повторила она.