Все были тронуты тем, что пришлось видеть. И, после спектакля, тесным кольцом обступили, как героя дня, Николая Кирилыча.
-- Спасибо тебе, Кирилыч!..
-- Таких песен, басен наслушаешься, -- сам учиться захочешь! -- смеялся широкоплечий веселый мужик с рыжей бородой.
-- За чем же остановка, учись...
-- Поздно. Сороковой год стукнул.
-- Учиться никогда не поздно, -- сказал Казанцев. -- У меня уже занимаются некоторые взрослые. Вот приходи-ка...
-- Спасибо на привете. Ладно, приду. Мне бы гражданскую да письмо, по церковной. Я когда-то азы проходил.
Так почти до полночи прогуторил со всеми Казанцев и, по окончании беседы, с радостным чувством пошел к себе в комнату. Дома он увидел кипу газет и письмо от Вали. С волнением он вскрыл конверт. Валя писала:
"Вот уже две недели, каждый вечер я пишу тебе и всякий раз уничтожаю то, что написано. Так чувствую я себя виноватой перед тобой и собою. Пишу тебе, как товарищу и человеку, которого я уважаю, и который мог бы дать один, в эту трудную минуту жизни, облегчение.
Если бы ты знал, как мне тяжело. На сцене -- ты вероятно уже догадываешься об этом -- полный провал. Провал не в смысле личного неуспеха, я, может быть, преувеличивала свои способности, а в моем разочаровании сценой. Я и раньше знала о, так называемой, закулисной жизни, но то, что встретила я здесь, превзошло все мои ожидания. Не знаю, может быть случайно, только мне не везет, а у других иначе... Во всяком случае контракт с антрепренером будет нарушен, и от поездки в Казань я отказываюсь. Что буду делать, -- не знаю... Я как-то растерялась перед жизнью... Большой артисткой -- теперь я убедилась в этом -- я не стану, а влачить мизерное существование есть ли смысл?.. И для чего?.. Стоило ли разбивать семью... Я легкомысленно отнеслась к этому вопросу. Между прочим, еще об одном. Отношения мои с Фелицыным ограничивались только дружбой. Теперь я в нем разочаровалась. Он оказался совсем не тем, чем я представляла его. Не знаю, верно ли... Мне казалось, что ты ко мне охладел... Ответь, если найдешь нужным, просто, по дружески... Страшное одиночество... В последнее время часто вспоминаю о Сереже. Валя".