* * *
То неумолимое и неизбежное, от чего все искали спасения, грянуло неожиданно в доме отца Герасима.
Ночью его разбудило внутреннее содрогающее чувство боли...
Он поднялся с постели, нащупал спички, зажег свечу и сел. Воспаленные глаза сухо горели и в висках звонко и быстро стучала от волнения кровь...
Первой метнувшейся мыслью было:
"Конец!.. Теперь спасенья не будет!"...
Боль на время куда-то отхлынула, но встревоженная мысль не пропала, а крепко застряла в мозгу и продолжала сверлить.
"Неужели я заболеваю?.. Так просто и так быстро все свершится!.. Свершится, -- да!.. Не будет ни Вики, ни Тонечки, -- ничего, ничего, -- а главное -- не будет меня, отца Герасима, -- вот такого, каков я есть сейчас!"...
Он болезненно согнулся и обхватил вздрагивающими руками острые углы коленей.
Вика спал около, разметав ручонки, улыбался сквозь сон и часто, по-детски, дышал. Тонечка рядом с ним также спала здоровым безмятежным сном.