Весь свой досуг гоми использовывали для любовных утех, казавшихся профессору омерзительными из-за их холодности и частой повторяемости. Гоми, не «ходивших наверх», старше пятнадцати лет не было.
Только изредка случалось, что в надводный мир посылались небольшие экспедиции, которые обычно возвращались с запасами пищи и странной, казалось, древесной массы, шедшей на выделку аппаратов для лица. Принцип устройства этих аппаратов, как заметил профессор, был тот же, что и у рыбьих жабер.
Профессору казалось странным, почему гоми до сих пор не наладили правильного товарообмена с надводными жителями.
— Стоит только гоми заняться продуктивным трудом, — говорил он Чону, — и у них будет избыток изделий, тогда вы могли бы этот избыток променять.
— Нет, «разрушители машин» не желают с нами мира. Им ничего не нужно от нас, а нам — от них. Они закрыли все входы, лишили гоми светлых праздников. Наши предки заповедали нам остерегаться «разрушителей». Это — безжалостные существа.
— Однако же, гоми все-таки совершают экспедиции туда, во враждебную страну?
— Это не имеет значения.
— А как вы все-таки выходите на поверхность, раз все выходы закрыты?
— У нас ость машина, которая может подниматься и опускаться в воде...
— Ага, понимаю: субмарина.