-- Я ужъ знаю когда..
-- Вотъ ужъ сколько лѣтъ служу и никогда еще неслыхалъ такихъ выговоровъ, высказалъ съ обидой Никита.
-- Такъ еще нето услышите, злобно возразила Настасья и ушла, крѣпко хлопнувъ дверью.
-- Вотъ ужъ этого я отъ тебя, Пухтя, не ожидалъ, обратился съ упрекомъ камердинеръ къ Пухтѣ, когда ушла Настасья.
Тотъ только вытаращилъ глаза на камердинера.
-- Чего глаза то на меня таращишь; я знаю, что ты все ей насучилъ.
-- Непонимаю, что вы изволите говорить, Никита Ѳедоровичъ.
-- Ты непонимаешъ, а я понимаю. Ну, братъ, не ждалъ я отъ тебя такихъ дѣловъ; правду говорятъ, чтобъ тихомъ то омутѣ черти и водятся. Видишь праведникомъ какимъ прикинулся, ничего незнаю -- невѣдаю; а самъ только дождался случая наединѣ съ ней поговорить и давай плести на добрыхъ людей. Не боюсь я васъ никого. Плевать я хотѣлъ на всѣхъ васъ!
-- Помилуйте, Никита Ѳедоровичъ, я, ей Богу, съ ней ни слова не говорилъ.
-- Не грѣши, не божись напрасно, меня не проведешь.