-- Теперь ты у меня, бестія эдакая, не вывернешься!-- проговорилъ ей въ слѣдъ Ясняга. Настасья между тѣмъ, возвратившись домой, часа полтора, по крайней мѣрѣ писала длинное предлинное письмо.
"Такъ какъ ты теперичи душенька мой Жанъ, писала она; въ своемъ несчастіи находишься, потерявши проклятые казенные деньги, чѣмъ меня не малое удивленіе привелъ и причинилъ мнѣ тѣмъ великое огорченіе, такъ что я можетъ-быть теперь нахожусь разсудку лишившись, и тѣмъ самымъ чтобы утѣшить твои и свои горести, я взяла барскихъ денегъ, кои къ тебѣ и посылаю, такъ вся моя жизнь супротивъ твоего счастія ничего для меня не стоитъ; только обнимать и прижимать тебя къ груди своей денно и ночно а желая и посылая тебѣ миліонъ поцѣлуевъ остаюсь по гробъ обнимающая тебя".
Н.--
Письмо это на конвертѣ было адресовано Верстовскому и отправлено въ Петербургъ.
IX.
Баринъ вернулся домой и отдалъ приказаніе, чтобы какъ на мызѣ, такъ по всей вотчинѣ все приведено было въ порядокъ, потому что къ нему обѣщалъ пріѣхать въ гости его покровитель, которому онъ хотѣлъ показать свое хозяйство во всемъ блескѣ. Поднялась бѣготня всюду. Нѣмцы отправились осматривать дома крестьянъ, Дороги и поля и Приводить все въ- Порядокъ. На мызѣ поднялась такая чистота, что на площадяхъ и дорожкахъ не только выщипали травку, но даже подобрали мелкія соринки и камешки. Настасья Ѳедоровна съ Яснягой смотрѣли, какъ убирали и чистили комнаты и повѣряли провизію въ кладовыхъ. Неподалеку отъ дома Настасьи два мужика ровняли у тротуара канавку, выстланную камнемъ.
-- Посмотри-ка, Ефимъ, ровно-ли?-- говорилъ одинъ изъ нихъ, постарше своему товарищу, прикидывая ватерпасомъ вдоль канавы.
-- Кажись, ладно, дядя Ефремъ,-- отвѣчалъ товарищъ, поглядѣвши на отвѣсъ.
-- Ладно... А вонъ камень-то высунулся изъ ряду. Возьми ка вынь, да положи его поровнѣе.
-- Сойдетъ и такъ.