-- Я никакихъ нововведеній не допускаю. Я самъ счетную часть понимаю и, безъ сомнѣнія, не меньше вашего. Вы будете придерживаться моей методы, а не вашей.
-- Я не знаю...
-- Такъ знайте же. Идите въ контору и примите дѣла.
Я заѣхалъ за тысячи верстъ, въ карманѣ было всего нѣсколько монетъ, могъ ли я не повиноваться?
Главная контора помѣщалась въ какомъ-то смрадномъ, нижнемъ сводчатомъ этажѣ, похожемъ скорѣе на тюрьму, чѣмъ на человѣческое жилье. Контора эта, особенно когда бушевалъ въ ней свирѣпый Дорненцвергъ (а это случалось нѣсколько разъ въ день), напоминала собою царство Плутона, въ которомъ, угрюмыя, блѣдныя, истощенныя лица служащихъ, сидѣвшихъ согнувшись въ три погибели, съ перьями въ рукахъ, не выражали ничего, кромѣ апатіи и загнанности. Эти несчастные обитатели подземнаго царства, были скорѣе похожи на застывшія тѣни грѣшниковъ, чѣмъ на живыя существа.
При появленіи свѣжаго человѣка, нѣкоторыя изъ тѣней какъ бы оживились, вяло поднялись съ мѣстъ и обступили меня. Я имъ отрекомендовался.
-- Господа, укажите мнѣ бухгалтера, попросилъ я.
-- Какого? у насъ тутъ цѣлыхъ три. Мнѣ указали бухгалтеровъ.
-- Мнѣ приказано принять счетныя дѣла, сказалъ я.
-- Ради Бога, принимайте эту мерзость, хоть сію минуту, сказалъ одинъ изъ бухгалтеровъ съ просіявшимъ лицомъ.