-- Болѣе года.
-- А большой капиталъ успѣлъ уже составить? спросилъ я его, смѣясь.
-- Прожилъ вѣдь! Капиталу тоже имѣю, свыше корбованца.
-- Неужели весь этотъ товаръ стоитъ только одинъ цѣлковый?
-- О, нѣтъ, тутъ болѣе, чѣмъ на два карбованца. Мнѣ пекарь вѣритъ въ долгъ на цѣлый карбованецъ.
-- И ты доволенъ своей судьбою?
-- Отчего же? доволенъ. Конечно, будь капиталу побольше... кредита было бы больше; совсѣмъ иначе торговля пошла бы. Я былъ бы счастливъ. Да гдѣ взять?
-- А при какомъ капиталѣ ты считалъ бы себя совершенно счастливымъ? полюбопытствовалъ я, заинтересовавшись толковымъ выраженіемъ мальчугана.
-- Имѣй я... три карбованца собственныхъ...Гм... Да что объ этомъ и говорить!
Я досталъ изъ путевыхъ денегъ принципала три серебряныхъ, блестящихъ рубля и положилъ ихъ въ корзинку торговаго мечтателя. Мальчуганъ до того оторопѣлъ отъ неожиданности, что не могъ произнести ни слова.