Елисавета не хотѣла позволить Паркеру преслѣдовать даже пуританъ, которыхъ она ненавидѣла. Въ 1576 г. она назначила Гриндаля архіепископомъ кентерберійскимъ, что, по словамъ Сомса, было очень снисходительной мѣрой въ отношеніи пуританъ. Въ 1579 г. Раммондъ былъ сожженъ въ Норвичѣ за отрицаніе Троицы, въ 1581 г., казненъ Кампіонъ; но обычныя истязанія надъ трупомъ его были предупреждены лордомъ адмираломъ, Чарльзомъ Говардомъ, который не хотѣлъ допустить этого, пока былъ въ живыхъ. Въ 1588 г. Френсисъ Кеттъ, "магистръ, и вѣроятно священникъ", сожженъ въ Норвичѣ за свое мнѣніе о Христѣ; но, по словамъ Сомса, это было послѣднимъ случаемъ, когда правительство Елисаветы отвѣчало костромъ и огнемъ на сомнѣнія въ его верховности. Въ царствованіе Елисаветы сожгли пятерыхъ уніатовъ (трехъ въ Лондонѣ, а двухъ въ Норвичѣ) и повѣсили пятерыхъ протестантовъ нонконформистовъ. Сомсъ говоритъ, что въ царствованіе Елисаветы "только пять человѣкъ осуждены какъ преступники противъ религіи".
Странтъ, въ своихъ Annals, приводитъ списокъ католиковъ, казненныхъ въ Лондонѣ съ 1570 по 1787 г. Списокъ этотъ заимствованъ изъ книги, напечатанной въ Антверпенѣ... Альфонсъ де-Кастро, духовникъ Филиппа II, проповѣдывалъ въ Англіи въ пользу терпимости (См. White's Evidence against Cathoicism). Были дѣйствительно случаи религіознаго упорства и преслѣдованія. Но королева смотрѣла на религію, какъ на вопросъ государственный, а не какъ на вопросъ совѣсти. " Думайте, какъ хотите, я требую наружнаго единства. Не призывайте папы" и т. д. На дѣлѣ было мало истиннаго религіознаго изувѣрства. Внезапныя перемѣны имѣли такое вліяніе на умы людей, что они не знали даже, что думать. Даже иностранецъ могъ бы замѣтить это колебаніе. Въ царствованіе Маріи въ Англіи жилъ Нэлэнъ. Онъ говоритъ: "народъ не знаетъ, вѣритъ ли онъ въ Бога или въ дьявола, противъ чего часто предостерегалъ Св. Павелъ, говоря: не увлекайтесь различными дуновеніями вѣтра, но будьте постоянны и тверды въ своихъ вѣрованіяхъ". (Antiq. Kepertory, IV, 512).
Подъ мирнымъ управленіемъ Елисаветы чувства людей постепенно смягчились. Въ сочиненіи Урайта Elizabeth, есть письмо написанное Парри къ Бурлею и помѣченное "Венеція 1582 г.", въ которомъ онъ выражаетъ желаніе, "чтобъ въ случаѣ казни католиковъ, ея величеству благоугодно было избавлять ихъ отъ четвертованія".}.
Пока все это происходило въ Англіи, положеніе иностранныхъ государствъ постепенно становилось благопріятнѣе для нея. Голландцы, изнемогая подъ тяжелыми требованіями испанскаго правительства и зная, что могутъ обратиться къ помощи Елисаветы, возстали противъ своихъ притѣснителей, и, казалось, имъ удастся свергнуть владычество Филиппа, озабоченнаго недавнимъ возстаніемъ мавровъ.
Въ то время, какъ Испанія готова была утратить, вслѣдствіе открытаго возстанія, самое цвѣтущее изъ своихъ владѣній, въ сосѣдней странѣ скоплялись матеріалы для наиболѣе обдуманной и кровавой трагедіи, позорящей доселѣ исторію человѣчества. Французское правительство, бывшее въ продолженіе столькихъ лѣтъ посмѣшищемъ своихъ сосѣдей, совершило преступленіе, одиноко стоящее въ исторіи печальнымъ памятникомъ страшнаго размѣра, до котораго религіозное изувѣрство можетъ довести врожденную злобу нашей низкой и суевѣрной природы. Понятно, что я намекаю на убійства варфоломеевской ночи, которыя, произведя паническій страхъ въ нашей странѣ, побудили всѣхъ англичанъ соединиться у престола Елисаветы. Католики и протестанты, не смотря на всѣ свои раздоры, ясно сознавали, что теперь не время затруднять ими правительство королевы. Тревога проявлялась въ самыхъ преувеличенныхъ слухахъ. Всюду говорилось, что это еще только начало цѣлаго ряда подобныхъ дѣйствій, что всѣ земли французскихъ католиковъ будутъ присоединены къ коронѣ и употреблены мѣры для покоренія еретическихъ земель.
Убійцамъ не удалось воспользоваться плодами преступленія даже во Франціи. Рошель возстала и гугеноты, съ перемѣннымъ успѣхомъ, могли сохранить свою землю до тѣхъ поръ, пока свобода не была обезпечена, что случилось семнадцать лѣтъ спустя, при восшествіи на престолъ Генриха IV.
Въ то время какъ Францію и Испанію терзали внутреннія распри, Англія быстро достигала могущества. Спустя лѣтъ двадцать послѣ великаго сѣвернаго возстанія, Елисавета находилась со всѣми въ мирѣ и получила возможность привести въ исполненіе свои планы обогащенія и цивилизаціи народа. Главныя характеристическія черты ея политики будутъ указаны въ слѣдующей части этого сочиненія подъ особыми свойственными имъ рубриками; теперь же я упомяну о менѣе значительныхъ, но все же важныхъ улучшеніяхъ, которыми мы обязаны ея предусмотрительной заботливости {Среди борьбы враждебныхъ элементовъ, въ теченіе пятидесяти лѣтъ, постепенно возникалъ классъ, которому суждено было побѣдить всѣ остальные,-- достоинство и могущество котораго увеличивалось въ продолженіе 300 лѣтъ и который ввелъ въ жизнь современной Европы принципъ, главнымъ образомъ отличающій ее отъ древняго міра; я говорю о среднемъ классѣ Англіи. Для ознакомленія съ причинами его возвышенія см. Jacob. On the Prceious Metals.
Лингардъ полагаетъ, что существовало двѣ причины быстраго увеличенія могущества Англіи въ царствованіе королевы Елисаветы. Во первыхъ, "духъ торговыхъ предпріятій, ожившій въ царствованіе Маріи и заботливо поддерживаемый въ царствованіе Елисаветы ". Во вторыхъ, внѣшняя политика министровъ, которая, поощряя революціи въ иностранныхъ государствахъ, не позволяла имъ возникать въ Англіи.
Два великія физическія условія нашего благостоянія -- желѣзо и уголь, и мы владѣемъ ими въ такомъ количествѣ, что при умѣренномъ развитіи промышленности и искуства намъ трудно не быть богатѣйшимъ народомъ Европы. При вступленіи на престолъ Елизаветы, мы были совершенными невѣждами въ отношеніи огромныхъ источниковъ богатства, приготовленнаго для насъ природою въ нѣдрахъ земли. Уголь употребляли нѣкоторое время какъ топливо, по никогда не жгли его на фабрикахъ. Желѣзо плавили только при помощи дровъ, но когда почувствовался недостатокъ въ нихъ, пришла счастливая мысль заставить одну силу помогать другой и плавить желѣзо посредствомъ каменнаго угля. (Этими замѣтками я начну разсказъ о мануфактурахъ въ шестнадцатомъ столѣтіи).}.
Среди этихъ великихъ и мирныхъ занятій, страна была снова потрясена слухами о предстоящей опасности. Обезпеченная на нѣкоторое время отъ иноземнаго вторженія, Елисавета принуждена была остерегаться измѣнническихъ замысловъ внутри государства. Замыслы эти были естественнымъ результатомъ антагонизма двухъ большихъ враждебныхъ партій и возникли вслѣдствіе нѣкоторыхъ обстоятельствъ, возродившихъ надежду въ католикахъ. Королева считала себя совершенно безопасною со стороны Шотландіи, пока ею управлялъ Мортонъ, бывшій ея креатурой и дѣйствовавшій подъ си руководствомъ. Но его внезапно арестовали, судили, приговорили къ смерти и, не смотря на дѣятельное вмѣшательство англійскаго правительства, публично возвели на эшафотъ. Вслѣдъ за этимъ священникъ Уайтъ и іезуитъ Крейтанъ посѣтили Іакова. Пріемъ, сдѣланный имъ королемъ и придворными, долженъ былъ внушить имъ надежду на перемѣну религіи въ странѣ. Вся католическая партія возродилась.