— Ну, и будешь болтаться, как навоз в проруби, — насмешливо ответил Раскатов. — Вот тебе еще намажут…
— Чего?
— А вот увидишь, чего намажут.
На другой день Белов сам подошел ко мне и предложил:
— Пойдешь ко мне в податчики или нет?
— Пойду, только без клепки.
Белов усмехнулся и ушел развалистой походкой. В его усмешке я почувствовал что-то угрожающее.
Под вечер, проходя мимо Белова, я почувствовал, как меня схватили сзади за руки и крикнули:
— Мажь!
У печи широколицый проворный подросток бросил на землю клещи, мазнул рукой в напыльнике, подбежал ко мне и вымазал мне лицо. Я почувствовал, что жирная нефтяная сажа залепила мне глаза.