Нас, подростков, называл «верхоглядами».
Иной раз к нему подходили и кричали:
— Семен Кузьмич, расчет давай!
— Как это? — серьезно спрашивал он.
— Не желаем больше у тебя служить.
— Ага, бунтовать? А если я губернатора потребую? Да пороть вас опять станем? Забыли?… А? Нет вам расчета: кассир у меня запировал… Носить, говоришь, нечего? К осени куплю по лаптишкам… Сапоги?… Я вам дам сапоги!
И, встав в воинственную позу, Семен Кузьмич кричал:
— Разойдись, стрелять буду! Тут полицейских крючков обрядить не во что, а они — «сапоги»!
У Баранова был неистощимый запас сказок, анекдотов и прибауток. Меня однажды послали спросить у него, кого он поймал, когда ловил рыбу в Баранче. Я смело подошел к нему ж спросил. На его липе промелькнула острая усмешка. Он скосил на меня свои маленькие колючие глазки и спросил:
— А ты чей?