Не забывай, я очень хотела бы теперь, чтобы хоть один вспомнил, как я ему только раз дала радость...
Не показывай этого письма никому и не говори о нем Марчу -- обещай мне это. Потому что он очень любил меня при жизни. Прощай, икс! Начинает уже светать, прощай!
Айрис".
Когда Джон Бертон с трудом дочитывал эти слова, за окном погас последний отблеск света.
Джон Бертон стоял один в глубокой тьме.
Глава II
Прежде чем покончить с собою
Таверна была полна посетителями и посетительницами, из которых многие заговаривали с Айрис, но, не находя ее интересной, отставали.
Написав письмо Бертону, смутившему ее жизнь, нарушившему накопившуюся ненависть к тому, кого хотела убить, Айрис машинально наблюдала апашей, сутенеров, кокоток и не могла себе дать отчет, где, как и каким образом покончить с собой...
Вдруг дверь сильно распахнулась, и в таверну вошел молодой человек в сопровождении двух посыльных. В руках посыльных было по блюду сливочных пирожных, прикрытых крышками, которые они тотчас же сняли. Молодой же человек обходил всех присутствующих и с преувеличенно любезностью угощал пирожными. Иногда угощение его со смехом принималось, а иногда от него решительно и даже грубо отказывались. В последнем случае молодой человек с более или менее смешным замечанием съедал пирожное сам.