-- Да, принц, вам я расскажу этот случай, никто еще о нем не знает. Как вам известно, мы запоздали, и я отстал от остальных, преследуя кабана в чаще леса. Уже начинало смеркаться, когда я выехал на перекресток... знаете этот большой перекресток недалеко от замка? Разыскивая вас и других, я поехал по дороге, как вдруг увидел шагах в пятидесяти от себя какого-то всадника на вороной лошади; он был весь в черном, с красным пером на шляпе. Я окликнул его, чтобы спросить, не видал ли он охотников, но всадник громко захохотал и, махнув рукой, умчался в чащу; я слышал при этом такой шум, будто за ним неслась целая свора собак. Мороз пробежал у меня по коже, кузен... Лошадь моя дрожала и пятилась, раздувая в испуге ноздри... Я пришпорил ее в том направлении, куда скрылся черный всадник, но она бросилась в сторону и ни за что не хотела двигаться с места.
-- Ведь это были сумерки, ваше величество, вам, вероятно, повстречался какой-нибудь охотник-любитель, не знавший, что в этот день охотится Двор, -- сказал принц Конде.
-- У меня хорошее зрение, кузен Генрих, и, как вы знаете, -- спокойный решительный характер! Уверяю вас, это было нехорошее явление, и мне определенно грозит какая-нибудь беда! Не знаю, с какой стороны ее ждать, но что не уйти от нее, так это верно! -- сказал король задумчиво и очень серьезно.
Было видно, что случай, о котором он поведал, произвел на него тяжелое и неизгладимое впечатление.
-- Ваше величество, я не изменю вам!
-- Знаю, кузен, что на вас, на доброго Сюлли и на герцога д'Эпернона я всегда могу положиться... Вы, вероятно, уже слышали о странных толках, которые как раз соответствуют моему видению в лесу... За границей в последнее время распространяется слух, будто я умер... Это дошло даже до иностранных Дворов, там встревожились и присылают к нам запросы.
По мере продвижения в глубину зала, их голоса становились все тише. Некоторые гости также искали здесь прохладу после духоты тронного зала.
Между тем Элеонора Галигай и герцог д'Эпернон прошли в галерею, соединяющую два флигеля дворца. От подъезда к ней вела широкая мраморная лестница с золочеными перилами, вдоль которой стояли статуи и вазы с растениями. Галерея и лестница были устланы мягкими коврами.
Элеонора, жена Кончини, осторожно огляделась... В галерее не было никого, кроме дежурного мушкетера.
-- Кто же это приходил просить вашего мужа об аудиенции у короля? -- тихо спросил герцог.