Англичанин ругнулся.
-- Bear, -- крикнул он, -- come here! Beast of divil, come here! [ Медведь! Сюда, сюда, чертова бестия! (англ.) ]
Но разозленный медведь не слушался. Со всех сторон раздавались крики о помощи, ругательства и смех. Нищие и цыгане в ужасе побежали прочь. Один Бельтран не двигался. Он ждал зверя, сжимая в руке нож.
-- Уходи, иди сюда, к сараям! -- кричали ему товарищи.
-- Прочь! Не быть вам живыми, если вы хоть один волосок тронете на чудесной шкуре моего медведя! -- неистово угрожал по-английски укротитель.
Бельтран не понимал его. С пеной у рта медведь уже подступал к нему, собираясь обхватить обеими лапами. Цыган быстро ударил его ножом. Раздался страшный рев и отчаянный крик англичанина, увидевшего, что его медведь упал, а цыган с торжеством направлялся к гостинице, сопровождаемый радостными возгласами товарищей и нищих.
Пьеру Гри, обыкновенно первому судье во всех спорах и ссорах, при этой короткой, небывалой расправе разумнее было остаться у моста, с которого уже довольно быстро спускался Джеймс Каттэрет со своей повозкой.
-- Черт возьми, беда моя! -- кричал укротитель, -- кто мне заплатит за такого дорогого зверя?
В ту минуту, когда он переехал наконец мост, медведь вдруг вскочил. Он, по-видимому, был легко ранен, и страшно разъярившись, с ревом побежал между деревьями, готовый, казалось, разорвать все, что попалось бы ему на дороге.
Укротитель бросился за зверем, который скрылся за сараями.