- Молчи, говорю я тебе, или, право, хуже будет!
- Пойдем, Жозефиночка, пойдем, оставь злого человека, - попросил папа Калебассе и отвел Белую Голубку от Жюля Гри, с угрозой поднявшего кверху свой кулак. - Он не помнит себя от бешенства! Он воображает, что имеет на тебя права, потому что думает, что ты... - старый продавец фруктов вдруг остановился, - пойдем же, пойдем, брось его.
- Не попадайся мне на глаза в другой раз, - закричал ей вслед Жюль Гри, - или ты пожалеешь о часе твоей встречи со мной. Я с этой поры смотрю на тебя как на сообщницу моих смертельных врагов, а ты знаешь, как поступают с такими сообщницами!
Жозефина громко рыдала.
- Он совершенно испорченный негодяй, -утешал Калебассе Белую Голубку, - не заботься о нем больше!
- Поклонись от меня благородным господам мушкетерам, - закричал еще раз издали Жюль Гри, - скажи, что я смеюсь над их приговорами и преследованиями и исполню то, в чем им когда-то поклялся.
- Оставь его, Жозефиночка, молчи! Он еще ударит тебя, а я старый человек и не в силах защитить тебя, - уговаривал папа Калебассе. - Не плачь же, моя дорогая! Он не стоит слез, которые ты из-за него проливаешь!
- Ах, я все еще желала ему добра, едва выговорила сквозь слезы Белая Голубка,'- но теперь я покончила с ним!
- Он вовсе не заслуживает твоей доброты, - продолжал Калебассе.
- По-настоящему тебе до него вовсе и дела нет...