Марія не спускала глазъ съ телеграммы. Не сонъ ли былъ это? Лили нашлась? И, должно быть, живая, такъ какъ въ депешѣ приказано ей было снять трауръ и надѣть то свѣтлое платье, которое она всегда такъ любила, потому что и Лили носила такое же; она не одѣвала его уже болѣе съ того рокового дня, въ который Лили погибла въ своемъ.
Нѣсколько разъ перечитывала Марія депешу -- внизу стояла подпись самой графини -- нельзя было терять ни минуты, надо было ѣхать! Что такое случилось? въ тоскливомъ ожиданіи спрашивала себя Марія. Телеграмма не представляла никакого удовлетворительнаго объясненія, и Марія, сосредоточившая все свое вниманіе на самомъ содержаніи депеши и не замѣтила, что она дана была не въ ближайшемъ къ Варбургу городѣ, а въ другомъ, болѣе отдаленномъ.
"Лили нашлась!" Въ этихъ немногихъ словахъ заключалась вся суть депеши.
Эта радостная вѣсть вызвала въ сердцѣ молодой дѣвушки цѣлую бурю чувствъ.
Въ головѣ ея возникалъ вопросъ за вопросомъ и ни на одинъ изъ нихъ она не могла дать отвѣта!
Какимъ образомъ нашлась Лили? Что такое тамъ вообще случилось? Все это оставалось для нея пока еще тайной!
Она должна была узнать все, должна была увидѣть Лили! Какъ могла она оставаться вдали отъ больной, быть можетъ умирающей сестры! Она нуждалась теперь въ нѣжномъ, заботливомъ уходѣ, въ преданномъ сердцѣ! Кто же кромѣ Маріи могъ доставить ей все это! Вѣдь въ замкѣ теперь не было у нея ни одного преданнаго ей человѣка. Любви графини Марія не особенно-то довѣряла. Да, она должна была ѣхать какъ можно скорѣе въ замокъ, она была нужна теперь тамъ, не даромъ же депеша звала ее немедленно назадъ въ Варбургъ!
Безъ малѣйшаго колебанія рѣшилась она послѣдовать этому приглашенію.
Она была еще такое короткое время въ Гамбургѣ, что не успѣла даже включить свое имя въ списокъ пріѣзжихъ.
Вѣсть съ родины пришла къ ней такъ быстро и неожиданно, что она ни о чемъ другомъ не могла болѣе думать, какъ о возвращеніи въ отчизну.