Теперь въ рукахъ у нихъ была разгадка странной перемѣны, происшедшей съ нѣкоторыхъ поръ въ Губертѣ. Но разгадка эта готовила бѣдной матери только заботу и безпокойство! Молча вернулась она въ свою комнатку, сѣла къ окну и задумчиво принялась смотрѣть въ лѣсъ. Неужели никогда не увидитъ она истинной радости отъ дѣтей.
Тутъ бѣдная, полуслѣпая дочь, эта ужь довольно несчастлива! А тамъ Губертъ, своимъ безразсуднымъ поведеніемъ, тоже готовившій себѣ несчастье!
Онъ пошелъ въ ту сторону, гдѣ вдали росли три дуба на дворѣ. Очень рано стемнѣло, такъ какъ все небо было обложено черными тучами.
Съ безпокойствомъ смотрѣла лѣсничиха на ночную мглу лѣса -- ея сынъ, ея единственная надежда и подпора, кормилецъ своей несчастной сестры, давно уже исчезъ между деревьями -- отчего сердце матери сжималось такой страшной тоской -- ужь не было ли это предчувствіемъ?
Но вернемся къ Лили. Безконечно счастливая любовью Бруно, она спѣшила въ замокъ. Ея чистое, невинное дѣтское сердце было такъ переполнено, что ей хотѣлось какъ можно скорѣе увидѣться съ Маріей и излить передъ нею свою душу.
Этотъ часъ, который провела она здѣсь у трехъ дубовъ, былъ счастливѣйшимъ въ ея жизни! Послѣ послѣдняго прощальнаго привѣта, Бруно скоро исчезъ вдали. Лили шла теперь одна по дорогѣ, которая съ каждой минутой, дѣлалась все темнѣе и темнѣе. Но молодая дѣвушка и не замѣтила этого. Въ душѣ у ней было такъ ясно и свѣтло, звѣзда любви свѣтила ей, передъ ней носился милый образъ Бруно, ей столько нужно было передумать, перечувствовать, окружающій внѣшній міръ не существовалъ для нея въ эту минуту. Она не знала ни страха, ни опасности; не разъ приходилось ей по вечерамъ, темнымъ лѣсомъ, возвращаться въ замокъ и на лошади и пѣшкомъ и одной и съ Маріей. А тутъ еще въ такой блаженный день, какъ сегодня! Она съ радостью еще нѣсколько часовъ проболтала бы со своимъ милымъ, вмѣсто того, чтобы идти въ замокъ.
Но когда поднялась буря и гроза, малодая дѣвушка невольно остановилась, тревожно думая о томъ, какъ то дойдетъ ея Бруно до дома. Еще какихъ нибудь полчаса, и она будетъ уже въ замкѣ; а онъ то бѣдный какой длинный путь предстоитъ ему еще. Вдругъ, какъ и давича во время разговора съ Бруно, Лили услыхала легкій шорохъ въ кустахъ у самой дороги, по которой она шла. Она тревожно осмотрѣлась кругомъ. Не было такъ темно, что она ничего не могла видѣть.
-- Есть тутъ кто-нибудь? смѣло спросила Лили. Подойдя ближе она убѣдилась что это былъ человѣкъ. Онъ шелъ ей на встрѣчу.
-- Это вы Губертъ? съ облегченнымъ вздохомъ сказала Лили, хорошо, что я не изъ робкихъ, а то вы могли бы меня испугать.
-- Я желалъ бы проводить васъ, графиня, произнесъ Губертъ такимъ взволнованнымъ голосомъ, что Лили съ удивленіемъ взглянула на него- такимъ она его еще никогда не видала.