Безъ свѣчи, не сказавши ни слова Софьѣ, бросилась она въ комнату Губерта.-- Сильно толкнула она дверь и ужасное зрѣлище представилось ея взорамъ. Губертъ стоялъ, освѣщенный луною, у самаго окна съ пистолетомъ въ рукахъ:, онъ только что намѣревался спустить курокъ, чтобы лишить себя жизни. Страшное предчувствіе матери не обмануло ее. При этомъ зрѣлищѣ, старушка едва не лишилась чувствъ; еще одинъ моментъ, и выстрѣлъ размозжилъ бы голову Губерту.
-- Помогите; Софья! закричала вдова прерывающимся отъ волненія голосомъ, собравъ послѣднія силы, бросилась она къ сыну и вырвала у него пистолетъ. Раздался выстрѣлъ, но онъ раздробилъ только небольшое зеркало, висѣвшее на стѣнѣ у окна.
-- Побойся Бога, Губертъ! что ты дѣлаешь! вскричала старушка и въ тонѣ ея слышались рыданія. Пожалѣй свою старую мать! неужели я должна буду дожить до такого горя? подумай о своей несчастной сестрѣ!
Въ первую минуту, Губертъ готовъ уже былъ вспылить, но слезы престарѣлой матери, повидимому, тронули его,-- выстрѣлъ и шумъ привлекли туда и Софью. Но она не могла понять, что тутъ такое случилось, не могла видѣть этой ужасной потрясающей сцены, бѣдняжка была слѣпа. Въ отчаяніи звала она то мать, то брата.
-- Сынъ мой! милый сынъ мой! что ты хотѣлъ сдѣлать! вскричала въ слезахъ старушка, заключая Губерта въ свои материнскія объятія, Господь допустилъ меня придти во время, Господь помогъ мнѣ отвратить несчастіе. Да будетъ благословенно Его святое имя.
-- Оставь меня, мама, торопливо и угрюмо отвѣчалъ Губертъ, оставь меня.
-- Ты все еще хочешь причинить мнѣ это страшное горе! Неужели я должна видѣть сына своего умирающимъ отъ своей собственной руки. Дай мнѣ сперва закрыть глаза, чтобы не дожить до такой бѣды.
-- Сжалься, Губертъ! умоляла Софья.
-- Что же вамъ нужно? вѣдь ничего не было! сказалъ Губертъ отстраняя мать и сестру. Чего вы тутъ плачете и кричите, я не могу этого слышать!
-- Я не пережила бы такого несчастья! продолжала вдова лѣсничаго, это разбило бы мнѣ сердце.