-- Не можете ли вы дать какія-нибудь показанія, Губертъ?
-- Я не знаю ничего больше.
-- Въ такомъ случаѣ вы можете удалиться, заключилъ Бруно допросъ.
Губертъ всталъ, сухо пожелалъ ассесору доброй ночи и вышелъ.
Бруно былъ пораженъ перемѣной, въ эти нѣсколько дней совершившейся съ молодымъ лѣсничимъ. Онъ былъ неузнаваемъ! Его видъ, его поведеніе производили крайне непріятное впечатлѣніе, и Бруно никакъ не могъ подыскать никакого къ тому объясненія, сколько ни ломалъ онъ голову надъ рѣшеніемъ этого вопроса.
Слѣдствіе доставило ему нѣкоторое развлеченіе, которое если и не могло облегчить его горя, то все же отвлекло мысли его въ другую сторону. Теперь же когда по уходѣ Губерта секретарь отправился къ себѣ въ спальню и Бруно остался одинъ въ своей комнатѣ, ужасная тайна ночи снова поглотила всѣ его мысли. Онъ никакъ не могъ представить себѣ, что Лили умерла, не могъ повѣрить, что невѣста его потеряна для него на вѣки, навсегда разлучена съ нимъ!
Сколько тяжелыхъ, горькихъ впечатлѣній пережилъ онъ въ теченіе этого роковаго дня, сколько ужасныхъ происшествій привелось узнать ему въ это короткое время! И теперь снова выступалъ на первый планъ вопросъ, гдѣ найти преступника?
Губертъ, по мнѣній Бруно, не имѣлъ ни малѣйшаго повода къ такому ужасному дѣлу!
Но кому же это смерть Лили была выгодна, кто могъ бы желать ея смерти?
Графиня! Невольно пришла она ему на умъ въ эту минуту, а вмѣстѣ съ тѣмъ и разсказъ деревенской нищенки "всегда по воскресеньямъ, говорила старуха, совершаетъ она свое ужасное дѣло, въ воскресенье, вѣроятно, у нея является власть"; вспомнился ему и милліонъ, который по смерти Лили долженъ былъ достаться ей.