Эти слова, казалось, сильно взволновали графиню.

-- Ядъ! такъ это правда! прошептала она. Вы привезли мнѣ ужасное извѣстіе.

-- Теперь доказано, что графъ и графиня умерли отъ яда, сказалъ прокуроръ.

Въ первое мгновеніе графиня была страшно поражена этимъ извѣстіемъ, которое навлекало на нея страшную опасность, но только на одно мгновеніе. Ничто еще не было потеряно. Она снова стала попрежнему холодна и спокойна.

-- Это ужасное открытіе, господа, сказала графиня, но я отчасти приготовлена къ этому. Вы только подтверждаете мои подозрѣнія, которыя я имѣла уже сейчасъ послѣ смерти графа. До сихъ поръ я молчала изъ уваженія къ дорогому покойнику, но принесенное вами извѣстіе заставляетъ меня разсказать мои предположенія.

-- Говорите, графиня, такъ какъ случившагося нельзя измѣнить, замѣтилъ Шмидтъ.

-- Позвольте мнѣ сознаться вамъ въ томъ, что бросалось мнѣ въ глаза еще при жизни мужа, продолжала графиня. Когда я еще жила у моей покойной, дорогой подруги Анны, поведеніе графа бросалось мнѣ иногда въ глаза, такъ какъ каждый разъ послѣ его посѣщенія, дорогой больной дѣлалось хуже. До ея смерти мои наблюденія были однако довольно неполны, но послѣ онѣ болѣе подтвердились. Послѣ того, какъ по обѣщанію, данному моей покойной подругѣ, я отдала свою руку графу, меня поразило то, что онъ никогда не впускалъ меня въ свой кабинетъ. Одинъ разъ я не хотѣла пить вина, налитаго мнѣ моимъ супругомъ, но онъ принудилъ меня выпить и ночью я почувствовала себя очень дурно. Тогда я стала наблюдать за графомъ и нашла, что время отъ времени, по извѣстнымъ днямъ, онъ былъ мраченъ и разстроенъ и я убѣждена, что онъ принималъ ядъ. Я не могла пріобрѣсти доказательства, но тѣмъ не менѣе я увѣрена, что были дни, когда графъ чувствовалъ непреодолимое желаніе непремѣнно давать ядъ себѣ и другимъ.

-- Такіе случаи нерѣдки! согласился прокуроръ.

-- Мой мужъ умеръ наконецъ также, какъ и его первая супруга, моя пріятельница, продолжала графиня, я не стану описывать, что я выстрадала за это время. Доктора не могли побѣдить болѣзни, и теперь оказывается, что мои предчувствія были справедливы, что дѣйствительно ядъ былъ причиною смерти обоихъ.

-- Ваше показаніе очень важно и мы очень благодарны вамъ за него, графиня, сказалъ Шмидтъ, когда разскащица замолчала, для меня необъяснимо только одно обстоятельство и для него ваше показаніе не даетъ никакого объясненія. Я говорю про то, что въ трупахъ графа, графини и егеря Милоша найденъ одинъ и тотъ же ядъ.