Вскорѣ вернулся изъ города Леонъ Брассаръ съ пріятнымъ для графини извѣстіемъ. Судъ нашелъ, что помѣшанная можетъ оставаться въ замкѣ также хорошо какъ и въ больницѣ, тѣмъ болѣе, что послѣдняя очень пострадала отъ огня. Къ тому же можно были ожидать въ замкѣ лучшихъ результатовъ, такъ какъ здѣсь надзоръ могъ быть гораздо внимательнѣе, чѣмъ въ больницѣ, гдѣ одинъ докторъ приходился на нѣсколько сотъ больныхъ.
Городской врачъ, докторъ Феттеръ не далъ вѣры заявленію умершаго доктора больницы Св. Маріи, а согласился съ мнѣніемъ Леона, тѣмъ болѣе что эти льстило его самолюбію, доказывая его проницательность и ученость.
Графиня побѣдила!
XI.
Внутренняя борьба.
Дѣйствіе произведенное на Гагена угрозой графини было подавляющее.
Казалось, этотъ закаленный въ бѣдствіяхъ человѣкъ, могъ переносить твердо удары судьбы, но вдругъ надъ нимъ повисла страшная гроза. Ему предстояло новое испытаніе, новая борьба, грозившая разбить его сердце.
Его сынъ былъ въ рукахъ той женщины, которая ни передъ чѣмъ не останавливалась. Эта преступная мать готова была принести въ жертву своего сына, чтобы только достичь своей цѣли.
Въ ушахъ Гагена еще раздавались слова графини: Молчи, или твой сынъ погибнетъ!... Онъ поджигатель!
Возвратившись домой, Гагенъ заперся въ своемъ кабинетѣ и долго ходилъ взадъ и впередъ, понуривъ голову, погруженный въ мрачныя мысли.