Вдругъ одинокій старикъ поднялъ голову и повернувшись въ сторону скалъ, принялся прислушиваться потомъ всталъ съ камня, до половины покрытаго водою, такъ что бѣдняжка весь вымокъ. Медленно и осторожно сталъ онъ взбираться по обломкамъ утесовъ къ мрачной разщелинѣ скалъ, которая была такъ широка и высока, что туда смѣло могло войти нѣсколько человѣкъ разомъ.
Въ этой мрачной разщелинѣ, повидимому, глубоко уходившей внизъ, исчезла призрачная фигура стараго Вита.-- Это могъ быть только онъ, рыбаки узнали его и увѣряли, что это былъ онъ, а кромѣ его ни души не видно было никогда на этомъ непроходимомъ, негостепріимномъ мѣстѣ.
Берегъ, сталъ по прежнему пустыннымъ и бѣзлюднымъ. Мертвая тишина ночи нарушалась только плескомъ волнъ, да изрѣдка крикомъ чайки или другой какой нибудь морской птицы.
Вдали, мѣстами, то выплывалъ, то исчезалъ парусъ, блестящая рыбка играла на поверхности воды и снова потомъ уходила въ глубину, морскія утки вереницей пролетали мимо и охотно забирались на пустынный, скалистый берегъ для того, чтобы войти въ дѣлежъ со старымъ отшельникомъ и полакомиться вкусной рыбкой, богатымъ даромъ моря. А тамъ по прежнему было тихо и спокойно.
Но вотъ старикъ опять вышелъ изъ разщелины и сталъ карабкаться по камнямъ внизъ къ берегу, тамъ онъ взвалилъ на плечи мѣшокъ съ рыбой и снова тѣмъ же путемъ вернулся назадъ къ разщелинѣ скалъ.
Она была освѣщена луной и, заглянувъ туда, можно было видѣть цѣлую галлерею, изъ которой, затѣмъ, другія, болѣе низкія разщелины вели въ пещеры.
Старикъ, какъ мы уже сказали, вернулся въ разщелину скалъ. Онъ пошелъ въ большое, на подобіе грота, отверстіе съ сѣрыми причудливой формы стѣнами, съ которыхъ постоянно капала вода. Главная пещера была по видимому очень высока и какъ бы высѣчена въ мѣловой скалѣ, однакожъ она не была дѣломъ рукъ человѣческихъ и одной природѣ обязана была своимъ образованіемъ.
Неровное дно пещеры состояло изъ известняка и всегда было сырое, такъ какъ во время бури и прилива море прибивало сюда много воды, и часто на значительную высоту наполняло пещеру, удивительно только какъ могъ старый Витъ въ подобномъ случаѣ спасать свою жизнь. Кромѣ того еще тихонько и едва замѣтно пробивалась сюда вода изъ сосѣдней боковой трещины.
Къ этой то трещинѣ и направился старикъ съ кулемъ рыбы за плечами. Тамъ слышался уже плескъ и журчаніе воды. Черезъ трещину эту вошелъ онъ въ одну изъ сосѣднихъ боковыхъ пещеръ, гдѣ съ шумомъ пробивался стекавшій со скалъ ручеекъ, ища отсюда выхода въ море, свѣтлый, прозрачный ручеекъ съ прѣсною, годною для питья водою.
Старику пришлось идти въ бродъ. Все болѣе и болѣе погружался онъ въ непроницаемый мракъ, окружавшій узкій и длинный проходъ. Но старый Витъ должно быть хорошо зналъ эту дорогу; онъ бодро и скоро подвигался впередъ.