-- Это не тот ли веселый герцог, появлявшийся иногда при дворе?
-- У него еще на левой щеке остался шрам от дуэли, на которой он дрался из-за девушки еще в то время, когда воспитывался в Мадриде.
-- Так я видела его, -- прибавила Долорес. -- Неужели он так богат?
-- Все деревни и села на пять миль окрест принадлежат ему, -- объяснил старый Кортино, опускаясь на скамейку в тени цветущих гранатовых деревьев, -- замок Медина находится в центре его владений. В Мадриде же у герцога есть младший брат, который так же беден, как и мы.
-- Как же это так, отец? -- спросила Долорес, а в это время из гостиницы вышло несколько пьяных погонщиков мулов, громко разговаривавших между собой.
-- Так случилось, что старший унаследовал все владения, младший же получил после смерти отца только законную часть, которую и не замедлил растратить за короткое время! Теперь же он вынужден жить за счет своего брата, ведущего крайне неумеренный образ жизни.
Погонщики, проходя к своим навьюченным мулам мимо скамейки и заметив на ней старика и красивую молодую девушку, сказали вслух в их адрес несколько весьма оскорбительных замечаний. Долорес заметила, что отец побледнел от гнева.
-- Оставь их, прошу тебя, не обращай внимания на их слова, -- успокоила его девушка.
Погонщики, видя, что совершенно безнаказанно могут дать волю своим языкам, продолжали издеваться над стариком и подошли к Долорес.
Мануил Кортино, выведенный из терпения дерзкой выходкой погонщиков, быстро вскочил с места.