-- Не скрывайте, графиня, будьте откровенной -- разговор идет о жизни человека! -- проговорил маркиз, приближаясь к Евгении. -- Я человек чести и умею уважать и хранить любую тайну! Скажите, вы писали это письмо Олимпио?
Клод достал из кармана маленькую надушенную записку, полученную Олимпио незадолго до свидания, после которого он бесследно исчез. Эту записку он передал удивленной Евгении.
-- Клянусь всеми святыми, господин маркиз, что я не писала ни одного слова дону Олимпио!
-- Даже этих строк, начертанных женской рукой? Евгения схватила записку и посмотрела на почерк.
-- К счастью, я могу вам доказать, что это вовсе не мой почерк! Пожалуйста, господин маркиз, подойдите к этому столику и раскроите альбом, куда я записываю любимые стихи, -- вот мой почерк, потрудитесь сравнить его с вашей запиской!
-- Тогда я совершенно ничего не понимаю, что же случилось, мне приходится решать довольно трудную задачу.
-- А мне и тем более, -- проговорила Евгения, желая скрыть слова ворожеи, по совету которой она отправилась на Цельзийский мост.
-- Без сомнения, это чья-нибудь мистификация, -- сказал Клод. -- Непонятнее всего то, что дон Олимпио с того самого вечера исчез без всякого следа.
-- Значит, с ним случилось несчастье! -- проговорила Евгения с живым участием. -- Боже мой, ведь это ужасно!
Маркиз видел, что графиня, несмотря на все свое желание, не в силах была скрыть душевного волнения.