-- Я говорю только правду, моя милая,-- отвечала Белла, играя хлыстом. Этот жест придавал особую весомость ее словам -- горячая наездница однажды уже обошлась с лицом соперницы так же, как с крупом своей лошади.-- Вы же сами назвали благородного юного лорда противным.
-- Я могу назвать его как угодно, но другие не смеют.
-- В таком случае я вынуждена сказать вам кое-что, что вас рассердит, но я не боюсь вашего гнева! Меня не удивляет ваше поведение, мисс Янс, потому что, являясь несколько дней владелицей изумрудного убора в пятьдесят тысяч франков, вы уже считаете, что возвратить его, по требованию благородного лорда-отца, несколько унизительно и убыточно.
-- О злая тварь! -- Мисс Янс затопала ногами.-- Змея! Кто сказал вам об изумрудном уборе?
-- Вы надели его три раза, а теперь он исчез без следа.
-- Я его продала, мне нужны были деньги для бедного милого Вилли.
-- Как трогательно, какая щедрость! Пятьдесят тысяч франков? Вилли, бедному, полоумному кассиру господина Лопина! Знаете ли вы, мисс Янс, какую недостойную шутку сыграл ювелир Розенталь со старым лордом Фельтоном, чтобы отомстить ему за то, что он снова должен был взять ваш убор?
-- Расскажите, Белла, расскажите! -- закричала Лиди, между тем как англичанка, побледнев сквозь румяна, стала внимательно прислушиваться.-- Очень интересная история.
-- Посудите сами: он выставил ваш изумрудный убор, которым вы так восхищались, когда вы его надевали, на таком видном месте, что все, кто проходит, замечают: "Это убор Янс Фельтон":
-- О! Я пойду и накажу хлыстом каждого, кто осмелится назвать меня или благородного лорда!